Меню

«Легион-СПАС»: все, чтобы спасти

22.02.2017 13:00 - автор Ирина ЯББАРОВА
Уже шесть лет в городе работает поисковый отряд, на счету которого сотни найденных россиян
«Легион-СПАС»: все, чтобы спасти
Фото предоставлены отрядом «Легион-СПАС»
«Домой не вернулся ребенок», «пропал человек», «помогите найти близкого родственника»... Всего несколько слов, но за ними скрываются боль, растерянность, просьба о помощи и всегда – надежда. Подобные объявления бросают в дрожь и пугают. Многие стараются делать вид, что не замечают их, но есть те, кто не может оставаться равнодушным, изучая подобные ориентировки. И для них важно не просто откликнуться, их цель – оказать реальную помощь в поиске.

Среди таких неравнодушных – активисты челябинского поискового отряда «Легион-СПАС», который официально действует на Южном Урале с 2012 года. У каждого из них собственные семьи, работа, личные дела, но всякий раз, когда кто-то оказывается в беде, они в меру сил и возможностей делают все, чтобы найти, спасти, не дать погибнуть. И кстати, челябинский поисковый отряд давно признан одним из лучших в России.

Главный шаг


Формирование челябинского отряда «Легион-СПАС» проходило постепенно. Долгое время будущие активисты поискового отряда общались во Всемирной паутине. Но однажды общие интересы и желание помогать другим заставило сделать первый и самый важный шаг – выйти из виртуального мира в реальный. В январе 2012 года будущие поисковики впервые встретились лицом к лицу.

координатор-поискового-отряда-Татьяна-Гроза.jpg
координатор челябинского поискового отряда «Легион-СПАС» Татьяна Гроза.

– В определенной степени нас подстегнул случай, который произошел в Москве, – вспоминает координатор челябинского поискового отряда «Легион-СПАС» Татьяна Гроза. – Тогда в столице пропали маленькая девочка и ее тетя – ушли в лес и не вернулись. К поискам пропавших подключились не только сотрудники правоохранительных органов, но и волонтеры. Пожалуй, это был первый массовый поиск пропавших без вести людей, который продолжался три дня. Московских волонтеров тогда поддержали многие челябинцы. После этого случая в Москве была создана ассоциация волонтерских организаций «Поиск пропавших детей». Неравнодушные челябинцы стали всячески помогать москвичам, в том числе в распространении информации по России. Немного погодя в Челябинске появилась своя организация волонтеров, и уже в процессе личной встречи мы пришли к выводу, что стоит создать и в нашем городе поисковый отряд пропавших без вести детей. Вот так и появился «Легион-СПАС».

Спустя год поисковый отряд получил официальный статус челябинской региональной общественной организации. В составе отряда координаторы и волонтеры от 18 лет и старше. Каких-либо строгих ограничений для тех, кто желает стать частью поисковой команды, нет. Главное – неравнодушие и желание помогать человеку, попавшему в беду.

председатель-правления-отряда-Артур-Аксенов.jpg
председатель правления поискового отряда «Легион-СПАС» Артур Аксенов

– По моему мнению, общественные организации – это своего рода фильтр нашего общества, – уверен председатель правления поискового отряда «Легион-СПАС» Артур Аксенов. – В таких организациях состоят люди, как правило, альтруистичные по своей натуре. У них совершенно не стереотипные моральные ценности. Честно говоря, считаю, что свободное время человека – это самое дорогое, что у него есть. И к нам приходят люди, которые готовы тратить свое свободное время на помощь другим. Когда появляется необходимость, они, не раздумывая, ради общего дела готовы пожертвовать своим личным временем, планами и принять участие в поиске. Отличительной особенностью активистов нашей общественной организации являются их навыки и интересы, которыми они пользуются в свое свободное время. То есть у них есть какие-то определенные навыки и способности, которые они получили благодаря своей профессии или увлечениям, и эти навыки могут быть полезны в наших поисках. Например, есть люди, которые увлекаются охотой, а значит, неплохо умеют ориентироваться в лесу. Или, допустим, бывшие сотрудники правоохранительных органов, которые обладают профессиональными умениями.

В настоящее время костяк поискового отряда – порядка десяти координаторов и около семи волонтеров. Это те, кто принимает постоянное участие в поисках пропавших граждан. При этом количество волонтеров меняется, все зависит от личного желания и наличия свободного времени. Однако на поиски маленьких детей в кратчайшие сроки собирается до ста волонтеров.

– Что касается координаторов, то это те, кто работают в отряде «Легион-СПАС» уже не первый год, – добавила Татьяна Гроза. – Здесь самое главное, чтобы человек был готов брать на себя ответственность за организацию и курирование поиска пропавшего ребенка или взрослого. Задача координатора – дать задания волонтерам, контролировать и направлять действия участвующих в поиске в нужное русло, общаться с полицией, родственниками пропавшего. То есть на координаторе лежит полная ответственность за поиск конкретного гражданина. Волонтеры же оказывают посильную помощь: расклеивают объявления, общаются со свидетелями, участвуют в прочесывании местности. Поэтому в данном случае особых требований к потенциальным волонтерам мы не предъявляем. Конечно, если предстоит выезд в лес, то обращаем внимание на наличие физической подготовки, поскольку иногда необходимо пройти 10 – 15 километров, а это без физической выносливости непросто. У нас действительно есть определенное количество волонтеров, которые нам постоянно помогают, а есть такие, кто участвует в поисках один-два раза. Поскольку «Легион-СПАС» – организация общественная, никто из поисковиков не получает заработную плату, какие-то преференции, а потому все зависит исключительно от личных возможностей и обстоятельств конкретного волонтера.

+++_FynEQgoiZE.jpg

Понимая, что лишь благодаря учению в бою бывает легче, руководство поискового отряда периодически организует для волонтеров короткие тренинги. Так, благодаря сотрудничеству с медиками больницы скорой помощи поисковики освоили азы оказания первой медицинской помощи. В планах – провести учебу по ориентированию в лесу, а также пройти курсы спасателей-общественников, которые проводит МЧС России по Челябинской области. Полученные знания и навыки помогут в значительной степени облегчить в будущем работу поисковиков.

+++kmuxIUT81Mo.jpg

Один в поле не воин


Важно отметить, что «Легион-СПАС» тесно сотрудничает с силовыми ведомствами области. Активистов всячески поддерживают сотрудники МВД, Следственного комитета. С обоими ведомствами, по словам председателя правления отряда Артура Аксенова, заключено соглашение о сотрудничестве. Отлажено взаимодействие и с кинологическим подразделением Челябинской городской службы спасения. Подобное сотрудничество с профессионалами приносит пользу всем участникам поискового процесса.

Большое подспорье поисковикам оказал целевой грант, выделенный министерством социальных отношений Челябинской области. Благодаря грантовой поддержке поисковому отряду была предоставлена возможность создать информационный центр, куда стекается вся информация о пропавших без вести.

Большую надежду отряд возлагает и на взаимодействие с министерством образования и науки Челябинской области. По мнению руководства общественной организации, именно сотрудничество с областным минобром позволило бы выстроить серьезную профилактическую работу с детьми и подростками.

– На мой взгляд, именно в системе образования кроется тот инструмент, который позволил бы на 20 – 30 процентов снизить количество пропадающих детей, – выразил свое мнение Артур Аксенов. – Поскольку через преподавательский состав, через родительские собрания до взрослых можно донести те меры профилактического характера, которые позволили бы исключить какие-либо негативные моменты. А потому нам хочется наладить сотрудничество с областным министерством образования, но пока конструктивного диалога не получается. Кстати, раньше мы довольно эффективно работали с отдельными школами города, в которых директора и родительский комитет готовы были к сотрудничеству с нами: участвовали в родительских собраниях, общались с учителями. Однако в силу нехватки кадрового состава поискового отряда пока от этой работы пришлось отказаться.

С мнением председателя правления регионального поискового отряда «Легион-СПАС» согласна и координатор Татьяна Гроза.

– Подобное взаимодействие хорошо влияет на профилактику детских уходов из дома, – считает активист общественной организации. – Но пока в силу разных причин нам пришлось отказаться от профилактической работы и вплотную заниматься розыском.

Как бы там ни было, руководство поискового отряда по-прежнему открыто для диалога с областным министерством образования.

Зона поиска


Несмотря на то, что изначально поисковый отряд «Легион-СПАС» создавался с целью поиска пропавших детей, уже в ходе работы к активистам стали поступать просьбы помочь найти взрослых граждан. Отказывать в помощи – не в принципах поисковиков.

– Безусловно, поиск детей по-прежнему в приоритете, – рассказала Татьяна Гроза. – Причем когда поступает информация о том, что пропал маленький ребенок, поисковая группа собирается очень быстро. Кстати, когда речь идет о несовершеннолетних, нам достаточно разрешения родителей на поиск потеряшки, возбуждения розыскного дела сотрудниками правоохранительных органов нам ждать не обязательно. Конечно, перед выездом мы обязательно предупреждаем сотрудников полиции о том, что готовы подключиться к поиску. Все обстоятельства выясняем уже на месте, при общении с родными, и немедленно приступаем к поискам.

– При этом зона поиска детей в возрасте пяти-шести лет чаще всего – ближайший квадрат, – добавил Артур Аксенов. – Уже из практики стало понятно, что дети этого возраста пропадают недалеко от того места, где их в последний раз видели. Как правило, это злополучные открытые колодцы, вырытые ямы, водоемы. Увы, но порой пропажи маленьких детей – это результат трагического случая. С подростками ситуация другая: зачастую они просто сбегают из дома, поэтому нередко находим их на другом краю города, на вокзалах, в других городах. Некоторые загостятся у друзей, а когда увидят ориентировку на себя, сами возвращаются домой.

++002.jpg

Как обратили внимание поисковики, в Челябинске, к счастью, не так часто регистрируются случаи исчезновения маленьких детей. В сравнении с Москвой или Санкт-Петербургом процент исчезновения маленьких южноуральцев в нашем регионе мизерный. Правда, каждый такой случай на слуху и подавляющим количеством жителей воспринимается очень болезненно.

Что касается поиска взрослых людей, то здесь принцип работы другой. Как обратила внимание координатор Татьяна, приступить к поиску пропавшего взрослого человека активисты отряда «Легион-СПАС» без возбуждения правоохранительными органами розыскного дела не могут.

– Мы даже в Интернете не имеем права выкладывать ориентировки на пропавшего человека без наличия розыскного дела, – пояснила Татьяна. – Работать мы начинаем лишь когда заведено розыскное дело, а полиция и родственники не против. Как только все разрешения получены, мы выкладываем ориентировки в Интернете, в первую очередь в своих группах, созданных в социальных сетях. Затем начинаем проводить определенную аналитическую работу. В первую очередь запрашиваем информацию у больниц, моргов, различных социальных учреждений, бюро регистрации несчастных случаев. От приема заявки до выкладки ориентировки в Интернет может пройти до суток, но при этом мы не сидим, сложа руки, а выясняем все обстоятельства. Когда понимаем, что с человеком действительно случилась беда, всегда выезжаем на прочесывание местности. При этом какого-то универсального алгоритма поиска у нас не существует, все зависит от каждого конкретного случая.

– Всегда очень важны первичные обстоятельства, при которых пропал человек, то есть те ситуации, которые предшествовали исчезновению, – вновь вступил в беседу председатель правления поискового отряда Артур Аксенов. – По ним зачастую с определенной долей вероятности можно понять, что именно случилось с человеком, где он может быть.

Во многом работу по поиску пропавших без вести облегчает взаимодействие с подобными поисковыми отрядами, созданными в других российских городах. Москва, Екатеринбург, Ярославль… География действия подобных организаций – почти вся Россия.

– Например, прошлым летом позвонили из поискового отряда «Сокол», который действует в Екатеринбурге, – вспоминает Татьяна. – Рассказали, что в Челябинске находятся четыре их «бегунка», попросили помощи. Мы нашли их в одном из торгово-развлекательных комплексов. Доставили на вокзал, купили билеты, договорились с водителем автобуса, чтобы он следил за ребятами, и отправили обратно в Екатеринбург. Осенью прошлого года на нас вышел поисковый отряд города Ярославля, поисковики рассказали, что занимаются поиском одной девочки, их оперативная работа показала, что она могла уехать в Челябинск. Выслали ориентировку на бегунью, попросили помочь. Мы тут же подключились к работе. Немного погодя выяснили, что девочка каким-то образом узнала, что в Челябинске ее уже ждут, и отправилась в путешествие дальше – в Екатеринбург. Мы передали всю информацию уже свердловским коллегам, которые, в свою очередь, также оперативно отреагировали. Девочку в результате нашли и отправили обратно домой. Увы, есть среди подростков профессиональный «бегунки». Они могут уехать далеко от дома, потратить все имеющиеся у них деньги и порой даже сами выходят на волонтеров поискового отряда и просят помочь вернуться домой. Мы, естественно, отправляем их обратно за свой счет.

И хорошо, если такие неосознанные путешествия обходятся ребятне без трагедий, а все, кто участвовал в их поисках, могут вздохнуть с облегчением. Но, увы, так случается не всегда. Как призналась Татьяна, по-настоящему трагичные случаи выбивают из колеи надолго.

– Если честно, до своей волонтерской работы в поисковом отряде «Легион-СПАС» никогда не видела столько плачущих мужчин. Когда поступает ориентировка на пропавшего ребенка, каждый из нас готов носом рыть землю, лишь бы найти малыша живым. Проходят сутки-двое, и вроде понимаешь, что шанс еще есть, но уже становится страшно. А когда оправдываются самые жуткие предположения, вот тут случается пустота, слезы, потухшие взгляды... И всякий раз в голове мысль: а все ли мы сделали, что могли, а вдруг что-то упустили. Особенно тяжело в первую неделю после таких поисков, ведь приходится общаться с родителями, которые потеряли ребенка, и их горе воспринимается как свое собственное. Мне иногда кажется, что я больше не могу, что силы закончились, что уже не вынесу очередной трагедии, и принимаю решение уйти навсегда, больше не заниматься поиском. Но проходит неделя-другая, вдруг поступает очередная ориентировка на пропавшего ребенка или взрослого человека, и понимаешь: кто-то в беде, кому-то требуется помощь. И забывается та боль, которая еще совсем недавно так остро ощущалась, сглаживается то, что было и пришлось пережить, и становится важным другое – не теряя времени, сделать все возможное, чтобы спасти.

++dKNUJJ7iP2o.jpg

++kMtw9KleKlk.jpg

++KXphIxtlD3Y.jpg

 

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»