Меню

«Для нас это нервное время»

23.05.2018 17:30 - автор Александр Патритеев.
Плацкартное интервью с диспетчером «112»
«Для нас это нервное время»
Кухонные разговоры и вагонные споры всегда были не последним делом. Особенно в плацкарте поезда. Тут можно развить целую теорию о том, что плацкартные полки обладают свойством всех уравнивать. Попутчик, понимая, что у рельсов память коротка, может вывернуть перед тобой весь свой житейский багаж. Или он обронит с верхней полки многозначительное слово, а ты подхватишь. Но в данном случае – она, диспетчер службы «112» Марина, ставшая моей попутчицей от Челябинска.

Оторвавшись в какой-то момент от сканворда, она обратила внимание на очередного ребенка, в очередной раз протопавшего мимо с родительским мобильником, и рассмеялась: «Очень часто дети, просто играя с телефонами, к нам в «112» дозваниваются...» Навострив уши, я потянулся в карман сумки за диктофоном, попутно представившись и попросив разрешения взять интервью. Как работается людям, которые не видны нам за этими тремя цифрами, «вбитыми» в каждый мобильный телефон россиянина?

ЛЕТОМ ГОРЯЧО. ВЕСНОЙ НЕ ЛЕГЧЕ

- Это Урал, и много-много снега, а люди у нас любят ездить по навигатору, особенно молодежь, - начала Марина. - Надо им проехать через наш район, например, в Башкирию – едут исключительно по навигатору по летним дорогам, застревают, звонят в «112». У них нет ни лопат, ни рукавиц. Только навигатор. При этом тяжело определить, где застрявшие люди находятся. Для них местность незнакома, а у нас нет таких средств. Нет, конечно, собираются поставить программы, в том числе Глонасс и все прочее…

- Допустим, вам поступил такой звонок. Первые шаги диспетчера?

- Нам нужно найти службу, которая сможет помочь. В основном опираемся на глав сельсоветов. То есть определяем сначала примерно место, где находится машина, соответственно, определяем сельсовет и начинаем названивать главе…

- А если это ночь глубокая?

- Не имеет значения. Глава сельсовета несет ответственность за свою территорию по всем вопросам. С дорожными службами контактируем. Но как мы иногда определяем место, это вообще отдельная история! Созывается вся пожарная часть (мы находимся при пожарной части), и начинается мозговой штурм. Лето – горячая пора: полыхают пожары. Весной не легче – идет отжиг стерни. Хотя запрещено, предприниматели все равно этим промышляют. Для нас это нервное время. Может быть, вы смотрели недавний выпуск передачи «Бесогон» с Михалковым, где как раз говорилось об оптимизации пожарных частей. Это действительно так. Вот придумали такую вещь, как добровольные пожарные дружины. Но это в большей степени рассчитано на сельскую местность, потому что в бывших колхозах у людей вообще нет никакого заработка, и кто-то все-таки идет в эти дружины. До того, как я стала работать в службе «112», мне казалось, что пожарные – это ой, такие-сякие. Нет, у них очень строго. Если машина пришла с пожара, она не встанет в гараж грязной и без воды. И это неправда, что пожарные без воды выезжают на вызов…

«СЕЙЧАС ЗА МНОЙ ВЕРТОЛЕТ ПРИЛЕТИТ…»

- А как же в «Зимнюю вишню» приехали на сухую? – подала голос женщина с нижней полки.

- Этого не может быть! – парировала Марина. – Этого просто не может быть. Единственное, что хочу сказать, смотря, какая машина и сколько тонн воды в ней было. Но пожарные обязательно с водой едут. Это говорят так. Люди всегда говорят. Проблема в том, что у нас насмотрелись телевизора, сериалов всяких. Да и про МЧС много говорят, демонстрируют, какое у них оборудование, какие вертолеты. Вот случай был. Мужчина, деревенский житель, пилил дрова электропилой и повредил себе ногу. Из деревни начали нам звонить: «Помогите, срочно надо скорую!» Скорую отправили…

- Почему же сразу в скорую помощь не позвонили?

- Наверное, еще не срабатывает, что можно «103» набрать. Часто бывает, что звонят нам: «Скажите, как в полицию позвонить...» Не привыкли еще наши люди… В общем, кровь у мужчины течет, ехать он никуда не хочет, говорит: «Сейчас за мной вертолет прилетит...» Кое-как мы по телефону ему объяснили, что никто не прилетит, срочно нужно ехать.

- Марина, как вы пришли в «112»?

- Служба организовывалась в 2010 году. А я до этого работала в администрации поселка, но ушла по состоянию здоровья, год пробыла дома. Вдруг мне позвонили, предложили такую работу. Нас, конечно, сразу отправили на курсы в Оренбург. Кстати, в этом году прошли переподготовку. Но вот интересный момент: на курсах к нам в группу нечаянно попали два диспетчера с оборонных предприятий (пока формировалась их группа, они с нами сидели). Они слушали нашу программу, а потом одна из них и говорит: «Девочки, сколько же вы получаете, если вы столько должны знать?»

НА ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ ФАКТОРЕ

- И сколько же получаете, если не секрет?



- Минималку. Но многое зависит от главы района, от районного бюджета, поскольку это все передали районным администрациям.

- Значит, вы подчиняетесь администрации?

- Да. Но с оперативным подчинением МЧС.

- К ведомству вы прямого отношения не имеете?

- Прямого – нет. Вот такое взаимодействие.

- Морально сложно работать диспетчером «112»?

- Сложно, когда тяжело помочь, когда сам – в растерянном состоянии и не знаешь, к кому обратиться. Например, машина в пурге застряла, а в ней дети. Тогда звонишь всем подряд, и часто только на человеческом факторе это выезжает. Дорожники могут сказать: «Мы только что встали в гараж» или «По домам разошлись». Редко, но бывает такое. Начинаешь звонить в полицию, по знакомству: «Пожалуйста, помоги, у тебя же машина есть…» Все по-человечески. Получается, мне даже легче что-то решить, оттого что я раньше работала в администрации поселка: знаю район, знаю людей. Коллегам трудней. Хотя сейчас все-таки более налажено, чем это было в первое время, когда начальники всех этих служб всерьез не воспринимали нашу службу. Те же дорожники приходили, устраивали скандалы: «Чего вы нам звоните? Нам что, делать больше нечего?» А потом, помните, Орск прогремел, когда в страшную пургу замерз человек. Вот тогда им всем, этим начальникам, пришлось сидеть прямо у нас. И сейчас они уже по-другому относятся.

- А отношение простых людей? Человеческая благодарность диспетчерам «112» бывает?

- Иногда люди даже по каким-то маленьким вопросам нам звонят, например, текут трубы, а на помощь никто не спешит. Мы с другой стороны заходим – начинаем «бомбить» районное руководство ЖКХ, и это их подстегивает. То есть нас стали немного бояться. А боятся, значит, уважают. И тогда люди звонят и благодарят. Хотя особенно на первых порах чувствовалось, что нас создали как стрелочников, чтобы было кого поругать. Очень чувствовалось это. Несколько лет назад случился крупный пожар – загорелся сарай, а рядом сельхозбанк, огонь на него перекинулся. Не очень хорошо сработали вообще службы, в том числе РЭС не отключили электричество. Зато при разборе полетов сказали, что наши диспетчеры виноваты больше.

112 VS 911

- Марина, теперь и не знаю, уместно ли сравнивать нашу «112» с их западной «911»…



- И рядом нет. Конечно, и у нас бывают звонки, когда просят снять кошку с дерева. Но когда службу создали, все почему-то решили, что у нас будет своя техника, своя база. Нет, мы только диспетчерскими службами пытаемся руководить. Работаем сутки через трое. Конечно, трудно бывает. Всякое может случиться. Вот кончается мой отпуск мой, и я уже чувствую, что первые сутки будут тяжелыми из-за пожарной обстановки. У нас в штате 5 диспетчеров, включая старшего. Все – женщины.

- Женская работа?

- Может быть, и мужчины работали бы неплохо, была бы зарплата больше. Вообще, нас готовят на все случаи жизни. И на какие-то атомные дела (если понимаете, о чем я), и на террористические. В быту об этом не задумываешься, но все это достаточно близко, достаточно серьезно. МЧС, полиция часто в напряженном режиме работают. Они всегда, как говорится, на стреме. И у нас тоже много тренировок, например, на отработку какого-то случая, с информационным донесением в центр в течение 15 минут и организацией работы всех служб на территории района. Отрабатываем в условиях, приближенных к реальности. Раз-два в месяц у нас такие тренировки бывают.

P.S.

Моя собеседница сошла на своей станции под утро. Мне же предстояло почти двое суток трястись в вагоне поезда, который, все удаляясь от лесных пожаров на Южном Урале (новостная лента обновлялась регулярно), все ближе подбирался к наводнениям в Краснодарском крае. Благо, есть в этой ситуации – из огня да в полымя – отдушина: «Набрать «112», спросить Марину…»

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»