Меню

Литмузей? Нет, не слышали…

21.04.2017 09:15 - автор Александр Патритеев.
Действительно, как такового литературного музея в Челябинске гостям города днем с огнем не сыскать. Для этого им лучше отправиться в Екатеринбург, известный своим Литературным кварталом, или, как нынче модно говорить, кластером. А у нас даже одного здания попросту нет. Хотя в культурной среде разговоры об этом возникают довольно давно, лет двадцать как. Но возникнут да и вернутся на круги своя.
Литмузей? Нет, не слышали…
Кстати, последнее робкое напоминание имело место в конце прошлого года в публичной библиотеке, где презентовали интернет-портал «Литературная карта Челябинской области», призванный объединить выдающихся писателей Южного Урала разных эпох под одной крышей, пусть и виртуальной. И все же, как утверждалось, событие явилось первым шагом на пути к реальному музею. Последуют ли очередные шаги, похоже, зависит в немалой степени от того, поймут ли власти предержащие, насколько необходим литературный музей. А правда, так ли он нужен? Доводы «за» в беседе с корреспондентом «ВЧ» приводит челябинский писатель, краевед, руководитель областного фонда культуры Кирилл Шишов.

Культура - это сила, но мягкая

- Кирилл Алексеевич, визитных карточек у нашего региона хоть отбавляй. Зачем еще одна? По крайней мере, это первое, о чем можно подумать. Или литературный музей как достопримечательность – только вершина айсберга?
- Урал уже не может считать себя провинцией. Культурная образованность и открытия последних десятилетий дают нам возможность гордиться тем, что наш край, как плавильный котел Евразии, несет отпечаток волн этносов, племен и народов. Это же налагает и обязанности. Сегодня, когда Средняя Азия в силу разных причин крайне уязвима, нам важно поддерживать и развивать отношения с приграничными территориями. О том же говорили и представители Фонда Горчакова, приезжавшие в Челябинск 1 марта и выступавшие в стенах Законодательного собрания. Они настойчиво делали акцент на том, что Челябинская область становится форпостом в направлении Средней Азии, а значит, необходимо как можно лучше выстраивать культурные связи. От этого зависит будущее целого поколения.

++30 10 016-.jpg

В целом, говоря о культурном влиянии, можно использовать термин «мягкая сила». Являемся ли мы, Южный Урал, такой «мягкой силой», сказать трудно, но желательно, чтобы мы начали понимать свою глобальную роль, исходя из исторических тенденций. Поэтому и литературный музей должен быть не просто молчаливым помещением с картинками, фотографиями и книгами, но интерактивной площадкой, где есть обратная связь с людьми, где есть возможность знакомиться с произведениями как российских, так и восточных авторов.

- Вы сказали «понимать свою глобальную роль». И все-таки, с чисто деловой точки зрения, литературный музей мог бы внести лепту в туристическую привлекательность региона? Как мы выглядим на фоне наших ближайших соседей сегодня?

- Если говорить о Пермском крае, то в самой Перми, неоднократно входившей в первую десятку самых культурных городов России, есть музеи, связанные с Дягилевым и вообще с искусством балета. Одновременно пермяки выходят на мировой уровень благодаря, конечно, Борису Пастернаку, музею Доктора Живаго. Подлинные архитектурные шедевры, в которых развивается действие романа, известны на весь мир. Что касается Свердловской области, говорить о ней без учета целого кластера литературных музеев невозможно. Ни один экскурсионный маршрут для туристов в Екатеринбурге не проходит мимо Литературного квартала. В Оренбурге литературных музеев просто не перечесть, и все это наш южный сосед замечательно использует. Ну а если посмотреть на восток, то в Кургане есть музей декабристов, прекрасно воспроизводящий пушкинскую эпоху. Уфа – город, конечно, столичный, но музей Аксакова неприкасаем: буквально в 10 метрах от него остановлено строительство высоток – не дали тронуть ни одной досочки на доме писателя.

Даже странно, как будто наш Челябинский край лишен в этом смысле собственного голоса, права на память. Справедливости ради, необходимость создания у нас литературного музея была провозглашена еще в 2014 году на депутатской сессии Законодательного собрания. Решение представительного органа было направлено исполнительной власти. Однако литературный музей по-прежнему остается желательным – проект откладывается на неопределенное будущее. Но думаю, что борьба за музей небесперспективна и мы обязательно добьемся конкретных сроков и четких позиций министерства культуры.

Писатели и садоводы

- Кирилл Алексеевич, говоря о других регионах Урала, вы перечислили, конечно, сплошь громкие имена. А каково вообще значение Челябинской области в литературе?

- В этом смысле меня всегда ставит в тупик незнание местными представителями власти колоссального пласта наших писателей, причем таких, которые в советские времена относились к передовым. Лидия Сейфуллина, уроженка Южного Урала, была одним из первых культурных пропагандистов в Челябинске, придя сюда в конце 1919 года вместе с Пятой армией. А у нас даже не отмечена ее роль в создании Народного театра - нынешнего Молодежного. Именно в этом театре были поставлены первые пьесы с ее участием. Кстати сказать, ее супруг Валериан Правдухин ставил там свои произведения. Затем они очутились в Новосибирске, где основали журнал «Сибирские огни», существующий и поныне. Удивительно, но в Новосибирске есть и памятная доска Лидии Сейфуллиной, и, так или иначе, есть литературный музей, где оба этих литератора представлены. Другой пример – наш земляк, челябинец Юрий Либединский, первым в своей повести описавший Гражданскую войну в контрастных образах. Мы знаем, что близость всех перечисленных к Бухарину во время событий 30-х годов мгновенно убрала их с литературного небосклона. Будучи писателями первого революционного призыва, они стали нежелательны власти.

Отдельной строкой идут имена писателей и поэтов, состоявшихся уже позднее. Борис Ручьев сыграл в жизни поколения послевоенных авторов ключевую роль. В середине 50-х годов (только что прошел ХХ Съезд) ему, освободившемуся из лагеря, разрешили встречу с молодыми литераторами. Он изъяснялся языком великомученика, и мы не могли понять, почему это так отличается от плакатных речей, словно он пришел с другой планеты, говоря исключительно о том, что такое отеческое влияние русской классики. Потом, встречаясь с ним в разное время и при разных обстоятельствах, мы постепенно осознавали, что перед нами – человек невероятной жизненной стойкости, пример которой всколыхнул всю литературную общественность России. Так же, как и исповедальность Людмилы Татьяничевой в 60-е годы. Многие страницы ее поэзии и сегодня живы для молодых читателей. Эту плеяду нельзя не дополнить фигурой Михаила Львова, татарина по национальности, танкиста и поэта времен Великой Отечественной войны. К слову, буквально несколько дней назад принято решение назвать его именем одну из новых улиц Челябинска. Это имя достойно, конечно, и памятника, не меньше, чем Муса Джалиль.

Не замечать наличие таких фигур – значит не использовать потенциал писательского цеха для создания дополнительных межкультурных и межнациональных связей. Конечно, нельзя не вспомнить добрым словом Южно-Уральскую литературную премию, которая возвратила влияние регионального Союза писателей, выдвинув его в ряд социально значимых некоммерческих организаций. К сожалению, нет закона о творческих союзах – писатели существуют, как и собаководы, садоводы. То есть Союз садоводов или Союз писателей – это все одно для нынешней эпохи…

- Об эпохе. Некогда мой университетский преподаватель, профессор, читавший курс «Философия Просвещения», заметил, что в кризисные времена государству львиную долю бюджета стоит направлять не на экономику для поддержания ее наплаву, а в первую очередь на культуру и науку, чтобы развивать человеческий капитал…

- В том и загвоздка, что окупаться эти вложения будут медленно. Оборот вложений в человека имеет его биологические характеристики. Но, как пишет «Литературная газета», сегодня нам пытаются доказать, что формула «деньги – товар - деньги» окончательно победила убогую концепцию, имя которой «патриотизм». Так или нет, решит время. Но испытания молодому поколению, как видно невооруженным глазом, предстоят серьезные. Такое впечатление, что кому-то хочется, чтобы традиции нравственной стойкости капитулировали перед теми шоу-представлениями, которые сегодня модны, затягивая молодежь в легкомыслие…

Последний из шестидесятников

- Кирилл Алексеевич, а не казалась ли молодежь середины прошлого столетия такой же легкомысленной старшему поколению? «Давайте, мальчики!» Да, кстати, в начале апреля ушел из жизни последний представитель шестидесятников Евгений Евтушенко…

- Впервые стихи Евтушенко я прочитал в 1956 году. Впечатление: поразительно свободно написано! Правда, в том же году стали издавать моего любимого поэта Александра Блока - и все, Евтушенко ушел на задний план. Но он тронул, поскольку мы считали, что все остальное пишется казенно: защищать Родину, ходить по струнке, петь, что начальство скажет.

Мы потеряли одного из ярчайших представителей московской, фрондирующей молодежи. Его патриотизм крайне относителен, хотя на лирической струне он чрезвычайно тонок и доступен. Однако его творчество, став заказным (например, поэма «Братская ГЭС», чилийские заметки и так далее), конечно, капитулирует перед творчеством Иосифа Бродского, с которым у Евтушенко были напряженные отношения. Наследие Бродского на первый взгляд кажется враждебным, но когда вчитываешься глубже, понимаешь: его «потерянная Россия» действует сильнее и патриотичнее, чем многие барабанные стихи Евгения Александровича. Нужно отдать должное, Бродский был настоящим учеником Ахматовой, а то, что Евтушенко хотел непременно лечь и уже лег рядом с Пастернаком, никак не соответствует уровню его самоотверженности. Как-то в Челябинск приезжал Андрей Вознесенский, уже умирающий. Он мне ближе по искренности, мальчишество в нем осталось на всю жизнь. К тому же Вознесенский никогда и не претендовал на роль идеолога. У него не было этих амбиций.

- Насколько знаю, Евтушенко тоже выступал в Челябинске.

- Да, после приезда Вознесенского директору нашей филармонии как-то удалось договориться на два вечера Евтушенко. Но если на Андрея Андреевича пришел полный зал, то у Евгения Александровича заполняемость оказалась только наполовину. Причем молодежи совсем не было. Он потребовал длинный выход со сцены, и мы сидели вокруг, а он читал так, что его со всех сторон было видно. Читал прекрасно – и знаменитые свои произведения, и совсем новые, например о подводной лодке, на которой он, будучи молодым человеком, плавал с американцами. Зыбкий мир Карибского кризиса в этих стихах описан очень точно, прочувствованно. Да, Евтушенко всегда настаивал на взаимопонимании России и Америки. Это, можно сказать, его кредо.

Кстати

Музейная сеть Челябинской области постепенно развивается. Так, число музеев с 28 в 1998 году выросло до 47 в настоящее время (три областных и 44 муниципальных).

Знаете ли вы, что

Александр Горчаков (1798 - 1883) – глава русского внешнеполитического ведомства при Александре II, последний канцлер Российской империи. Фонд поддержки публичной дипломатии имени А.М. Горчакова создан 2 февраля 2010 года. Миссия фонда заключается в содействии формированию благоприятного для России общественного, политического и делового климата за рубежом.

Цитата:

«В школу уже вернулось сочинение, больше внимания стали уделять гуманитарным предметам. Но только учебных часов из школьной программы здесь явно будет недостаточно – нужны проекты в театре, кино, на телевидении, музейных площадках, в Интернете, которые будут интересны молодым людям, привлекут внимание молодежи к отечественной классической литературе, культуре, истории…»

Владимир Путин. Из ежегодного Послания Федеральному Собранию, 1 декабря 2016 года

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»