Меню

Челябинский поэт и культуртрегер получил премию за «бомбу»

26.12.2017 16:50 - автор Надежда МЕДВЕДКИНА
Может ли всероссийская премия награждать лауреатов рублем? Причем совершенно буквально — одним рублем? Может. И дело вовсе не в бедности культурной сферы. Один рубль — традиционная награда для лауреатов всероссийской литературной Премии Андрея Белого. Несмотря на этот смешной приз, премия остается одной из самых серьезных и уважаемых в стране. Это первая неподцензурная литературная награда в СССР. В современной России она остается негосударственной независимой премией.
Челябинский поэт и культуртрегер получил премию за «бомбу»
фото Екатерины Скабардиной
  • Премия Андрея Белого — первая в истории России регулярная негосударственная независимая награда в области литературы. Присуждается с 1978 года. В числе награжденных - Михаил Гаспаров, Аркадий Драгомощенко, Иван Жданов, Владимир Сорокин, Виктор Соснора, Елена Шварц, Михаил Эпштейн и др.

Премию Андрея Белого-2017 вручили 23 декабря в Санкт-Петербурге. А имена лауреатов назвали в Москве на Международной ярмарке интеллектуальной литературы non/fiction. Оказался в числе обладателей премии и наш земляк, челябинец — поэт Виталий Кальпиди.

  • Премия Андрея Белого вручается в пяти номинациях. Также в числе лауреатов 2017 года оказался Виктор Пелевин (номинация «Проза»).
В литературе фамилия Кальпиди появилась не вчера. В прошлом году поэт привез в Челябинск две премии за книгу «IZBRANNOE», и вручение третьей, пусть даже на год позже, было бы не слишком большой неожиданностью. Однако на сей раз Кальпиди получает премию не как поэт, а как культуртрегер — в номинации «Литературные проекты»: «за тридцатипятилетний труд по созданию, документированию и продвижению Уральской поэтической школы», а также «за сюжет-проект «Русская поэтическая речь-2016». Сейчас Уральская поэтическая школа прочно вошла в сферу внимания критиков и литературоведов, появилась в круге внимания простых читателей. Издана монументальная (в трех томах) антология УПШ и не менее солидная энциклопедия школы. Журнал «Паровоз» в 2017 году был целиком посвящен Свердловской, Челябинской областям и Пермскому краю. Но сколько маленьких вешек пришлось расставить, чтобы можно было прийти к выводу: на Урале существует поэзия и она особенная?

Что скрывается за аббревиатурой «РПР-2016» внимательный читатель вспомнит без труда: «Вечерний Челябинск» уже рассказывал об этой бомбе, когда ее только собирались подложить под русскую литературу. «Русская поэтическая речь» - это антология, в которую вошли стихи 115 русскоязычных авторов со всей России и из-за ее границ. Все поэтические подборки увидели свет впервые: их никогда прежде не публиковали и не читали на людях. Вместо имен и фамилий в сборнике стояли скупые цифры, а авторы дали слово на протяжении целого года молчать о том, какая подборка кому принадлежит. Читателям и филологам представился исключительный шанс посмотреть на стихи без «оптики» имен, титулов, сложившихся трактовок — и увидеть только сами стихи. За сборником последовала целая серия исследований.

На первый взгляд проекты так сильно отличаются (один широко развернут во времени, другой — в пространстве), что становится странно видеть их в одном списке. Но, пожалуй, кое-что общее у них есть. Например, заряд для движения литературы вперед. По случаю награждения мы попросили Виталия Кальпиди ответить на несколько вопросов о каждом из них.

- Вы получили немало серьезных премий за литературную деятельность, за поэтические книги. И вот теперь — награда за культуртрегертство. С ней связаны какие-то особые, новые эмоции?

- Любое общественное внимание, разумеется включает во мне «синдром павлина». Давайте допустим, что я знаю меру этому занятию и несильно им злоупотребляю. Допустили? Пошли дальше. Важно, что любую премию я рассматриваю как трамплин для привлечения внимания к следующим свои проектам. Правильнее сказать – к нашим проектам, поскольку последние три года мы работаем в паре с Мариной Волковой. Сегодня это – монография, посвященная УПШ, то есть книга, которая могла бы сформулировать поведенческие шаблоны для творческих сценариев 21 века. Нам бы хотелось привлечь для работы над ней ярко мыслящих авторов (философов, культурологов, психоаналитиков, литературоведов...). Ведь всё, что жизнь может предложить – это уже было и, как показала практика, не сильно приблизило нас к счастью бытия. Нужно самим предложить жизни что-нибудь такое, о чём она даже не догадывается.

- «Тридцатипятилетний труд по созданию, документированию и продвижению Уральской поэтической школы» - эта формулировка как бы призывает подвести итог, хотя бы промежуточный, развития УПШ и Вашей работы по продвижению школы. Каковы эти итоги?

- Тридцать пять лет – это преувеличение. Просто в 1982 году в Перми мы (Павел Печенкин, Владислав Дрожащих, и я) реализовали первый в России полноценный поэтический видео-арт достойного уровня. Мы назвали это достаточно технологическое действо – слайд-поэмой «В тени Кадриорга». Она и сейчас остается беспрецедентной уральской новацией. Вот мы и решили считать этот год – стартом УПШ. Хотя до активного проектирования было еще далеко. Тем не менее, о четверти века можно говорить свободно. Об итогах: УПШ вошло в зону банальности. Большинство поэтов ушли в самостоятельное плавание, или группируются в небольшие команды и развиваются секторально. Это логично и тривиально. Не произошла психическая революция, на которую я надеялся. Поэтому можно сказать, что идея развития УПШ – на излёте, но сценарий УПШ как феномена ускоренного развития региональных субкультур – на пике. Ему нужно придать философскую завершенность и бросить в сторону будущего, которое то тут, то там прорывается в наше банальное настоящее.

- Что такое УПШ сегодня? Есть ли у Вас мысли о том, куда школе двигаться дальше? Или таких соображений вовсе не нужно?

- Полагаю, что я уже ответил на этот вопрос. Могу добавить, что сейчас наступил момент, когда есть особый смысл а) широко представить абсолютно все уральские молодые силы, даже если для этого потребуется снизить планку отбора; б) сделать несколько резких общероссийский и международных культурных жестов. Мне кажется, что именно это технически может вывести УПШ за рамки ее уже устоявшейся орбиты.

- За прошедшие годы изменилась сама школа: новые авторы, новые тенденции в поэзии... А как изменилось Ваше восприятие УПШ?

- С одной стороны, УПШ на сегодня – самая яркая страница уральской поэтической культуры, а возможно и всей уральской литературной истории. С другой, УПШ – это всё еще мысль, а не вывод, окаменевший до состояния знания. А с третьей, УПШ из гипотезы выросла до состояния достоверности, то есть до «достойной веры». А вообще-то УПШ – это по-настоящему инновационное творческое пространство на фоне остальных регрессивных массовых творческих технологий.

- Проект «Русская поэтическая речь-2016» получил высокую оценку. А Вы довольны его результатами?

- С вашего позволения повторю свой давнишний тезис: творчество не результативно, а процессуально. Оно не имеет массы покоя. Оценка работы – это плита, на которой выбиты даты рождение и смерти. А «РПР», убежден, – это сюжет. Он всё еще пишется. И мы надеемся, что его развернёт в ту сторону, где маячат образы нового поэтического мышления, которому всенепременно будет наследовать новая поэтическая жизнь. Понимаете, почти всё, что случится с нами в будущем, в массе своей – это прошлое. С большинством из нас случается только прошлое. Прошлое очень быстро становится заурядным. И живут в нем заурядные люди. И таланты у них – тоже заурядные, а гениальность – примитивна. Скажу точнее: уважаемые коллеги, мы заурядно талантливы, и примитивно гениальны. Нельзя быть современным, надо быть будущим.

- Стоит ли ожидать «РПР-2018» или скорее появится совсем другой, новый проект?

- Ни от нас, ни даже нас никто не ждёт. Никто. Мы сами должны ожидать себя. Не от себя, а именно себя – таких не предсказуемых, ярких, убитых счастьем перенесенного горя, если вы, конечно, понимаете, о чём я. В конце концов, надо ставить только невыполнимые цели. Если реальность требует от тебя сокрушительного поражения, значит цель ты выбрал себе настоящую. И останется только как можно быстрее узнать: какой разрушительной силы поражения ты достоин.

  • Ранее Виталий Кальпиди привез в Челябинск премии:
  • -Премия Академии русской современной словесности (за книгу «Ресницы», 1997),
  • - Премия им. Б. Пастернака (2003),
  • - Большая премия «Москва-Транзит» (2004),
  • - Премия «Slovo» (2010),
  • - Премия ЛитератуРРентген-2011,
  • - Премия им. П.П. Бажова (за книгу "IZBRANNOE", 2016),
  • - Специальная Международная Волошинская премия в номинации "Лучшая поэтическая книга за 2015 год на русском языке" (за книгу "IZBRANNOE", 2016)

 

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»