Меню

Эксперты обсудили политические итоги года

12.01.2019 11:10 - автор Сергей Таран
В предновогодней кутерьме казенные ведомства обычно спешат обнародовать итоги своей работы за год. Экспертный клуб, называемый в народе «Сигарным», тоже не остался в стороне от единого порыва. Естественно, что обсуждали политические итоги года. Благо, поводов и фактологии год предоставил достаточно. Посмотрите, куда это завело господ политологов.
Наш корреспондент проследил за развитием дискуссии.
Эксперты обсудили политические итоги года
Куда девать олигархов

Модератор круглого стола Андрей Трушников весьма философски предложил поговорить о конфликтах и компромиссах уходящего года. На что политолог Андрей Лавров взял первым слово:

 - Есть море мелких конфликтов. Например, между депутатами Миасса и желанием населения: «хотим того, кто за все отвечает». Есть конфликт между экологической общественностью. Эти люди идут по синусоиде. В начале года их активность спала, а сегодня поднялась на совсем другой уровень. Просто выяснилось, что массы за активистами-экологами не идут, – решили брать яркими художественными флешмобами. Но есть один базовый конфликт между всей чиновничьей, олигархической, депутатской властью и населением. Мы не отдельный регион. Мы Российская Федерация, где все централизовано. И населению, которое четвертый год беднеет, предложили повышение пенсионного возраста и рост НДС. Поэтому оно ненавидит любую власть.

Директор газеты «Губерния» Сергей Филичкин:

- Андрей назвал два противостоящих друг другу лагеря – власть и общество. Я бы олигархов и власть развел по разным лагерям. Это не совсем одно и то же. Взять хотя бы экологический план в Челябинске. Идет мощнейший конфликт - противостояние интересов олигархов, которые дымят, коптят и сливают, и населения.

 Политолог Александр Мельников:

 - Соглашусь с этим разделением. Мы говорим и компромиссах года. И мы видели диалог региональных властей и крупных промышленников по экологическим проблемам.

 Сергей Филичкин:

- А под конец года мы увидели диалог власти и общества. Но мы не видим диалога олигархата и общества.

 Андрей Лавров:
- Диалог чиновничества и олигархата получается неплохой, взаимовыгодный, там обществу делать нечего.

Компромисс компромиссов

Депутат гордумы Дмитрий Довженко:

- Мы, Челябинская область, не существуем отдельно в федеральной повестке. Но произошел ряд событий, которые начали менять эту ситуацию. Во-первых, это Кемерово, где люди объединились и высказали свое мнение о чиновниках, которые служат в надзорных органах. Во-вторых, чемпионат мира по футболу. И наша сборная добилась неплохих результатов. Обществу открылось многое. В-третьих, знаменитые осенние выборы в Хакасии, Хабаровске.

 Политтехнолог Евгений Маклаков:
- Думаю, в Челябинской области не было громких потрясений потому, что нашли компромисс. В любом случае ситуация стабилизирована, и баланс сил наблюдается. Разумеется, войны в локальном масштабе происходят, но громких выплесков не было. Протестное движение не сумело объединиться, оно расползлось.

Разница в картинах мира

 Политолог Алексей Ширинкин:

 - Я вижу три разных этажа конфликтов. Первый этаж – это конфликты системные, которые носят федеральный характер и связаны с состоянием общества. То есть на них повлиять практически невозможно. Это конфликты несправедливости, несвободы, архаических ценностей, которые насаждаются нашими правящими элитами сегодня. У нас есть определенная проблема в том, что в головах элиты одна картина мира, а у существенной части населения – другая. И в этом проблема. Картина мира «начальника цеха» не оставляет места для подрастающего поколения, и так далее.
Второй этаж – социально-экономические конфликты, которые порождаются этой же системой, но которые как-то можно регулировать. У нас происходит сворачивание социального государства. Те блага, которые раньше раздавались бесплатно, сегодня исчезают. Начиная с медицинских услуг в сельской местности и средних городах. Это проблема рабочих мест. С точки зрения экономики надо сократить их на 30%. Это все понимают. Нужно перепрофилировать людей, но этим никто не занимается.

Что порождает конфликты сегодня? Несправедливость, несвобода, архаические ценности, которые насаждаются нашими правящими элитами.


Андрей Лавров:

 - У нас 46% людей получают зарплату до 20 тысяч рублей. По сути, это пособие по безработице.

 Алексей Ширинкин:

 - В средний этаж конфликтов можно отнести экологический. Он системен, но решаем. Мы живем в промышленной зоне. И экологический конфликт неизбежен. Нужны институты, которые заставят олигархов разговаривать с населением. В гордуме должны быть люди, которые бы создавали невыносимые условия жизни для олигархов. И, наконец, третий этаж – это элитарные конфликты. И при этом очевиден элитный консенсус. В Челябинской области понимают, что худой мир лучше доброй ссоры. В Екатеринбурге этого нет.

Протесты и реакция в уходящем году

 Дмитрий Довженко:

 - Протесты - это когда у народа нет контроля над властью.

 Александр Мельников:

 - Мы видели, что публичные акции, даже связанные с повышением пенсионного возраста, большого количества людей не собирали. Но при этом мы все прекрасно понимаем, что рост протестного населения, сидящего по кухням, все равно имел место. Поэтому появились ребята, которые свои протестные акции радикализуют. Они чувствуют, что потенциально могут получить определенную поддержку.
Дмитрий Довженко:

 - Все это накладывается на резкое обнищание населения.

Нам кажется, что ядро протеста – молодые

 - Есть ли среди молодежи реальный протест, или это все театр трех-четырех людей? - ставит вопрос модератор.
Илья Малюков:

 - С одной стороны, я вижу, что протест омолодился. И там есть конкретные люди, готовые идти на конфликт с властью. Но в то же время есть ребята, которые готовы работать через различные провластные группы. Например, «Молодая гвардия» «Единой России». Туда тоже идет молодежь.

 Андрей Лавров:
- Это конъюнктурщики, которые делают карьеру, чтобы обворовывать население.

 Модератор:
- Можно ли увести молодежь от протеста?

 Сергей Филичкин:
- Я убежден, что конструктив лучше, чем протест. Молодежь сегодня брошена, находится сама по себе. Этого быть, конечно же, не должно. У нас много создано псевдомолодежных организаций, которые занимаются имитацией работы с молодежью. Мы видели шествие навальнистов по Кировке. Реально власть не смогла выставить ни одного лидера, который бы смог выйти и обратиться к молодым со словом.

 Алексей Ширинкин:
- Системная ошибка. Бюджетная организация так или иначе связана по рукам и ногам. Как это молодой человек скажет «Дубровский, ты не прав!» или «Церковь, прекрати навязывать свои ценности!» Правда жизни в том, что у нас протест утопили, зализали, залакировали, встроили. Этим занимались практически 20 лет. Идеальная политическая машина выстроена вначале Павловским, потом Сурковым, потом Володиным и Кириенко. И все отлично работает. Россия – пример прекрасного электорального авторитаризма. Но есть маленький нюанс. Именно он заглаживает протесты, которые уходят, как вода.

 Андрей Лавров:
- Последнее реальное молодежное движение, из которого вышло сейчас огромное количество людей и в провластных, и в противовластных структурах, это, конечно, НБП Эдуарда Лимонова (комм. ред. -  деятельность организации запрещена на территории РФ).

 Евгений Маклаков:
- Все современные молодежные организации повторяют все то, что было до этого сделано. И повторяют плохо. Нет содержания, нет четкой идеологии. Дети и подростки очень четко чувствуют фальшь.

Кто пойдет на переговоры?

 - У власти отсутствует реальная дебат-команда, которая может говорить с протестующими людьми, с сочувствующими гражданами и просто с народом? – спрашивает модератор.
Александр Мельников:

 - В Челябинске в 2018 году эта проблема актуализировалась до такой степени, что власти стали над этим думать, искать людей, которые способны говорить с народом.

 Алексей Ширинкин:

 - У нас в области есть три человека, способных это делать: Мякуш, Мотовилов, Журавлев. Сейчас некого отправлять на переговоры.

 Андрей Лавров:
- У нас колоссальные плюсы по сравнению с другими регионами. Ситуация «говори с нами или мы тебя на вилы подымем» может повториться. Но Евдокимов или Елистратов вполне могут говорить с людьми. Вы видели, что Елистратову не хотелось идти на общение с экоактивистами – это сложно. Но он пошел и как-то провел переговоры. Это одно из главных достижений года в плане компромисса.

 Александр Мельников:
- Те же процессы в начале нулевых дали Челябинску Юревича, Гартунга, Гришанкова. Во время конкурентных выборов они выходили к возмущенным людям и переламывали ситуацию.

 Алексей Ширинкин:
- У нас меняется политическая картина. Мы знаем, что Россия пережила определенную трансформацию. В нулевые годы у нас была достаточно конкурентная политика. У нас были прямые выборы практически всех. Но мы пришли к управляемой демократии. Зацементировали все «дырки». И сегодня у нас большая часть выборов не конкурентна. Поэтому у нас ушли деньги из политики. Политика – это всего деньги. Но теперь это не интересно. А отсутствие конкуренции – всегда плохо.

 

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»