Меню

«Налево нельзя». В Челябинске обсудили смерть левой идеологии

20.11.2019 13:47 - автор Сергей Таран
Недавно «Экспертный клуб – Челябинск», созданный по инициативе Всероссийского фонда «Время», провел очередное заседание. На этот раз состоялся серьезный, профессиональный разговор о состоянии и перспективе левой идеологии. Дискуссия получилась захватывающей!
«Налево нельзя». В Челябинске обсудили смерть левой идеологии

Напомним, «Экспертный клуб – Челябинск» – это площадка, которая всего третий месяц работает во всех регионах России, но уже успела вызвать к себе большой интерес. На этот раз уважаемые эксперты собрались для серьезного, профессионального разговора о судьбе левой идеи. 

Начинаем с Октября

Доктор исторических наук, завкафедрой ЧелГУ Сергей Баканов:

– Начать стоит с Октябрьской революции – это было действительно всемирно-историческое событие. Оно вызвало политические, экономические и социальные изменения во всем мире. Главное, что сделала революция – изменила мышление людей, относящихся к эксплуатируемым классам. Они осознали, что у них есть возможность и способность в корне изменить режим. Неслучайно западные исследователи с пристальным вниманием следили за тем, что происходит в Советской России. И неслучайно в развитых странах, на волне успехов СССР, происходит становление социального государства, принятие мощных социальных программ по безработице, по материнству и так далее. Фактически импульс революции сдвинул западную цивилизацию от состояния глобальной несправедливости и привел к государству всеобщего благосостояния. 

После Второй мировой войны западные экономики смогли себе это позволить. И в этом смысле СССР не оказался здесь впереди планеты всей. Он двигался в том же русле, имея преимущество только в направляющей силе коммунистической партии – это был глобальный эксперимент, неповторимый, наверное, более никем. Благосостояние советского человека к 60-м годам выросло существенно. Но левая идея начала себя изживать, потому что наиболее несправедливые моменты жизни постепенно устранялись. И на Западе обращали внимание на то, что в СССР происходит навязывание точки зрения, нет диалога между обществом и властью. И это стало отправной точкой для кризиса левого движения на Западе. 

В 60-е годы на смену классическим левым партиям приходят новые левые движения, которые ставят во главу угла проблему прав человека и защиту этих прав от всяческих посягательств. Движение за дальнейшее уничтожение несправедливости оказалось невозможным на старой идеологической базе. Переход к защите прав человека привел к тому, что в западных левых движениях началось сращивание, как это ни парадоксально, левой и либеральной идеологий. 

Модератор Василий Зорин

– В современных условиях, когда используют политические бренды «коммунизм», «социализм», это совсем не то же самое?

Баканов: Совсем не то же самое, что было 100 лет назад.

Модератор: Вот был левый эксперимент. А если бы победил правый? Что было бы более плодотворным?

Разворот на 180 градусов

Доктор исторических наук, профессор ЮУрГУ Игорь Сибиряков:

– У нас ведь с левой идеей постоянно происходят трансформации со времен Карла Маркса – на это были внешние и внутренние причины. В ее основе лежали базовые идеи мировой революции. Отказ от нее постепенно, поэтапно не прекратился. И сегодня левая идея подходит к очередному пункту своей трансформации – это связано с новыми информационными технологиями, новыми социальными реалиями. Но когда мы говорим о левой идее, мы должны понимать три вещи: она живая, она развивается, она не описывается через одно-два положения. И она очень многолика. 

В советском варианте левая идея была реализована не в полном объеме. И в этом смысле потенциал у нее есть. Поэтому декларируя социальную справедливость, мечтая о ней, политики часто совершают вещи прямо противоположные. В этом смысле в 1937 году развернулись на 180 градусов. Сегодня левая идея объективна. Она возникает не по прихоти одного или двух человек. Но политическая практика ее реализации приводит во всех странах к грустным последствиям.

Политолог, доцент ЧФ РАНХиГС Андрей Лавров

– Господа, ваши боги – левая и правая идеологии – на самом деле умерли. Человек – существо цельное, в котором всегда присутствуют три идеологии: справедливость, традиция, свобода. В конце 80-х у нас случился «конец истории». Левая идея умерла по очень простой причине. И либерализм тоже умер – он стал технологией, превратившись в политический менеджмент! То, что будет противостоять, – не нам с вами решать. Идеи зарождаются в Европе, а мы в России их реализуем. Но сегодня так: либо ты согласен с глобалистической системой, которая тебя пожирает, либо ты против системы. Там будут и экологи (вполне сформировавшаяся идеология), и левые. Молодежь, с которой я работаю каждый день, уже совсем другая, она толерантная. 

Руководитель общественных приемных Челябинского областного отделения КПРФ Константин Нациевский:

– Есть три категории в левом движении. Первая – молодежь, которая желает что-то изменить. На этой основе они выступают против всего, но за справедливость. Вторая – те теоретики, которые привыкли критиковать. Третья – практики, которые используют левую идею как знамя. Левая идея, на мой взгляд, подобна волне, она состоит из разноцветных капель. Коммунисты сегодня реализуют левые идеи в практической плоскости. 

Модератор: КПРФ выступает за социал-либерализм?

Политолог Алексей Ширинкин:

– Нужны дефиниции левой идеи. Это субстанция очень зыбкая. Их даже две. Одна – это идея преображения общества по волюнтаристским канонам. Большевики – это секта. На смену этой пришла вторая левая идея – государство всеобщего благоденствия. Демократизация и социальные блага, равенство в потреблении – это и есть левая идея, которую мы сегодня знаем, это идея левого либерализма. Девиз: «Нам нужна рыночная экономика с сильным распределением». КПРФ – это политпроект, который выступает даже за лояльность православию. 

Модератор: Даже советский проект не был левым?

Аннушка уже пролила масло

Доктор исторических наук, профессор ЧелГУ Андрей Пасс:

– Мы ничего не поймем в трагической истории левой идеи, если не учтем контекста двух мировых войн. То, что произошло в нашей стране в 1917 году, когда большевики были еще сектой (не более пяти тысяч человек на всю империю), процессы были уже запущены, «Аннушка масло уже разлила» на фронтах Первой мировой войны. Деньги уже в 1916 году начали упраздняться и без большевиков, колоссальная инфляция их уничтожала. А продразверстку ввел министр временного правительства. Большевики просто усвоили эту логику. 

Ленин сам говорил: «Власть сама упала к нашим ногам в Октябре 1917 года». Поначалу были иллюзии: «Передовые нации нам помогут. Мировая революция скоро вспыхнет». Но история пошла другим путем. Левая идея таким образом оказалась тесно переплетена с мобилизационным проектом. Мы построили не социалистическое общество, а страну мобилизационного типа. Мы думали не о том, о чем мечтал Маркс: подчинить экономику интересам общества. 

Либертарианская идея. Получилось, что мы вынуждены были элементарно выживать. Но кто стал бенефициаром этих войн? Англосаксонская цивилизация. Мы только отвечали на вызовы. Большевики смогли четко, последовательно и адекватно на тот момент ответить на тот вызов, несмотря на колоссальные издержки. 

Парламентским путем

Секретарь Челябинской патриархии отец Игорь (Шестаков):

– Где-то в красных комиссарах мы можем видеть некую отсылку к евангельскому равенству. Долой богатых! Мир хижинам! Сегодня в левой идее нет ничего. Зияющая пустота! Мы понимаем, что в основе левой идеи лежит революционная теория. Сегодня нет пролетариата, а есть только прекариат. Общество деполитизировано и атомизировано как никогда. Россия сегодня включена в глобальный процесс, мы в этом не сомневаемся. Только какая-то риторика наших ортодоксов есть: «У нас есть третий путь. Умом Россию не понять». На самом деле и понята, и измерена – все однолинейно. Выбрана элита, которая создала из себя некую касту. 

Еще у большевиков было что-то похожее на христианское равенство. Сегодня нет ничего – зияющая пустота. И в правой идее ничего не осталось после того, как она была скомпрометирована национал-социализмом. Сегодня церковь, как общественная организация, охотно интегрируется в какие-то христианские, демократические идеи, в социальные проекты. Сегодня мы переживаем колоссальную катастрофу идей равенства и коллективной ответственности, которые были в советское время. Левая идея сегодня базируется на том, чтобы добиваться своих целей парламентским путем, без социальной революции. 

Замдиректора ЧФ РАНХиГС Олег Осипов: 

– Надо разделять доктринальную часть левой идеи и ее практическую составляющую. Нужна ли левая идея, привлекательна ли она? Конечно! Это идея справедливости, равенства, братства. Она будет особенно привлекать в том месте, где существует это неравенство. Есть у нас такой документ «Стратегия национальной безопасности». В ней один из индикаторов – децильный коэффициент (социальное неравенство). У нас измерили его и выяснили, что он находится на уровне 14,3. При достижении 17 – жди социальную революцию. Однако в России было и 20, и как-то миновало. 

Для ученых страны Челябинск – такая пилотная площадка для изучения национальных проблем. По национальному перечню проблем российский лист и челябинский совпадают один к одному. Так вот, сторонников КПРФ в городах Челябинской области около 9%. А в сельской местности – от 13 до 15%. Коммунистическая идея остается привлекательной, но с точки зрения практики она, увы, себя не оправдала. 

Модератор: Почему левая идея не работает?

Пора на вилы?

Политолог Александр Мельников:

– Давайте разберемся. Не очень большие цифры на выборах у КПРФ – проблема персоналий. Но лево-зеленую повестку использовали почти все кандидаты. Мы говорим о кризисе левой идеи. Но посмотрите, у нынешней КПРФ есть совершенно замечательно работающая идея. Партийцы ее эксплуатируют, занимают значительную нишу и изображают оппозицию режиму и при этом комфортно чувствуют себя в политических рамках, в которых находятся. Получают 12% голосов. И этим довольны, а потенциал левой идеи далеко не исчерпан. 

Представитель ЛДПР, заместитель председателя комиссии по информационной политике ЗСО Сергей Буяков:

– Я здесь послушал экскурсы в историю, статистические данные. Мне кажется, левая идея присуща человеку – это какой-то юношеский максимализм. А что касается практики, если заглянуть в историю, то подвижники левой идеи сегодня ущемлены в правах. В прошлом не всегда были отрицательные моменты. Сегодня в обществе есть запрос на справедливость. Будет ли опять революция? Можно чего угодно говорить на этот счет. Но я считаю, что у левой идеи шансы есть. С учетом новой экономики, цифровизации, она будет трансформироваться. Мы еще увидим рождение новой идеи. Должен появиться новый левый лидер. 

Лавров: Жирные элиты 75 лет не видели войны. Пока их не напугаешь, они не заходят делиться. Они мерзкие, жирные, обнаглевшие. Их давно пора вилами в одно место!

Шестаков: Мы видим два полюса левой идеи: Китай и Албанию. Но один полюс процветает, а другой погрузился в нищету и беззаконие. У России есть шанс, потому что она мыслит пространством. Здесь любая политическая идея пока дойдет от Москвы «до самых до окраин» успевает измениться в корне. Сегодня мы оказывается перед серьезной дилеммой – это вызов для общества. Во-первых, интеграция России в глобалистское пространство неизбежна. И перед нами стоит выбор цивилизационной составляющей.

Фото Дмитрия Куткина



 

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»