Меню

ГОСТЬ «ВЧ»

06.01.2006 00:00 1 (10389)
Ольга КРАСЬКО: «НЕ ЛЮБЛЮ БЫТОВЫХ ИСТОРИЙ» Актрису Ольгу Красько называют любимой ученицей Олега Табакова. Она закончила школу-студию МХАТ имени Чехова, где...

Ольга КРАСЬКО:
«НЕ ЛЮБЛЮ БЫТОВЫХ ИСТОРИЙ»

Актрису Ольгу Красько называют любимой ученицей Олега Табакова. Она закончила школу-студию МХАТ имени Чехова, где руководителем курса был знаменитый мэтр. Сейчас играет в его театре — «Табакерке». Снималась в кино и сериалах: «Неудача Пуаро», «Шанс», чешском фильме «Жандармские истории». Главные роли исполнила в лентах «Папа», «Турецкий гамбит», «Время собирать камни».
Во время кинофестиваля «Новое кино России» Красько впервые в своей жизни посетила Челябинск. В «КиноМАКС-Урале» она представляла фильм «Турецкий гамбит», сделавший ее по-настоящему известной.
Смотрю на нее: во внешности ничего вроде особенного. Но это на мой, женский взгляд. Мужчины видят иначе. Поэтому, наверное, именно на ней остановил свой выбор когда-то режиссер «Турецкого гамбита» Джаник Файзиев. Кстати, и фотокорреспондент наш настолько восторженно выполнял снимки… От Ольги его пришлось буквально оттаскивать. Я спросила: «Цепляет?» Он ответил одним словом: «Кошечка!»
Вот и пойми мужиков… Они по-особенному чувствуют и воспринимают женщин. Наверное, поэтому от персонажа Ольги — Вареньки Суворовой — теряют головы такие супермужчины отечественного кино, как Марат Башаров, Егор Бероев, Дмитрий Певцов.
Но отвлечемся от рассуждений, вновь вернувшись в зал «КиноМАКСа». Естественно, наше общение с актрисой началось с вопроса о наиболее значимом в ее кинобиографии фильме.

Ирина БОГДАНОВА
Фото Вячеслава ШИШКОЕДОВА

КОЛДОВСКИЕ ГЛАЗА
И НЕМНОГО ШАМАНСТВА

— Снимали «Гамбит» полгода на территории Болгарии, — вспоминает Ольга Красько. — Большая часть нашей съемочной группы состояла из болгар. Объяснялись в быту русско-болгарскими фразами типа: «Передвиньте камеру налЯво». По вечерам в каком-нибудь болгарском ресторане пели болгарские песни. Причем лучше самих болгар.
У меня было около 13 новых платьев, сшитых специально для меня. Мастеров, которые бы умели выполнить исторические костюмы, практически не осталось. Чтобы они были современными, неоднотипными, чтобы современные девушки захотели такое надеть на какой-нибудь бал… То же и с прическами. Нашли уникальную женщину — художника по шляпам. Я из ее салона просто не выходила! Перемерила все шляпы — загадочные, очень широкие, закрывающие пол-лица. Когда это надеваешь, играют глаза, совсем по-другому выглядит овал лица. Понимаешь, что это яркий элемент, подчеркивающий женскую красоту, и сожалеешь, что теперь мы это не используем.
У нас была такая группа! Такой звукорежиссер… Настоящий педант! Он по десять раз мог потребовать перезаписать, если, например, неправильно произносишь букву. Вся массовка молчит, артисты молчат, а я повторяю и повторяю это слово. В итоге вся картина — на живом звуке.
Болгары восхищались нашей группой. Площадка, где мы снимали, часто используется для кино — итальянцы нередко приезжают туда снимать, даже какую-то голливудскую картину там снимали… Но болгары подходили к нам и восхищенно говорили: «Такой группы за 20 лет работы мы еще не видели!» Вся работа построена на доброте, хороших отношениях. Надеюсь, что это передается и зрителям. В основном такое настроение шло от нашего режиссера Файзиева. Его вы можете знать по программе «Намедни», он снимал «Старые песни о главном», «Остановку по требованию».
— Из партнеров по фильму с кем больше всего понравилось работать?
— С мужчинами работается просто и легко. Легче, чем с женщинами. Партнеры замечательные: Марат Башаров, Гоша Куценко, Александр Балуев… Но был там замечательный француз, Дидье, в которого, наверное, влюбятся все кинозрительницы. Во Франции этот актер известен, у него большая семья, трое детей. В картине есть момент, когда он посылает моей героине Варе сердечко — выдувает его табачным дымом изо рта. Другой бы кто-то сделал это пошло, а он… Так искренне, романтично, по-детски наивно… И у него такие голубые глаза! К сожалению, этот артист недавно умер. Что-то с сердцем. Ему 44 года было. Он так рвался к нам на озвучание, готов был выучить язык.
У Акунина француз — главный герой. В книге. Но для сценария он все переделал. По-русски этот мой партнер поначалу ничего не понимал. Исполнитель роли Фандорина Егор Бероев знает французский. Он поначалу для него переводил, потом уже появились профессиональные переводчики.
Наши мужчины мне выговаривали слегка ревниво: «А почему это ты с французом больше всего кокетничаешь?» Но он же такой… Как большой ребенок! Мне так нравилась его непосредственная реакция. При этом мы не могли общаться. Никак! Все было на уровне жестов. Кроме «бонжур!» ничего сказать друг другу не могли. И при этом — такая теплота. Помню, как ему надо было произнести по-русски: «Вы нравились мне и мальчиком». А он не мог сказать правильно, произносил: «Мне и мальчикАм». Он говорил только по-французски, даже английский не знал. Ему приходилось преодолевать себя, ломать язык. И в какой-то момент я вижу: у него в глазах слезы! Для него это стало настоящим испытанием — сказать правильно, не понимая, что ты говоришь… Я его очень понимала. Я сама через это в Чехии прошла, когда только начинала сниматься.
Кстати, в «Гамбите» есть момент, когда Гоша Куценко говорит по-французски. Он настаивал, чтобы Джаник не резал этот кусок, снял всю сцену. Гоша выучил целый монолог на французском. Он смотрел в одну точку и произносил весь этот текст. На одном дыхании. Ему все аплодировали. Но это получилось лишь с десятого дубля.
— В фильме много компьютерных эффектов. Как это достигалось?
— Полтора года наши системщики занимались этим (сама картина снималась полгода). Они замеряли каждую деталь, делали трехмерные модели каждого из актеров. Каждый поворот головы, движение рук, каждый миллиметр выстраивали графически и фиксировали. Конечно, трудно им пришлось. В России все, что связано с компьютерными технологиями, — это просто самодеятельность. Это страшно дорого стоит, нет института, который бы занимался этим. А у нас 25-летние юноши над этим работали, сами до всего доходили, придумывали. Больше половины эффектов таковы, что зритель не способен даже догадаться, что это компьютерные эффекты. Они много смотрели фильмов с такими эффектами, запоминали, вычисляли, как это делается, а что-то и заимствовали.
Компьютер подключается уже к отснятому материалу, не к актерам, не на площадку… Хотя, когда в первый раз компьютерщики приехали на «Гамбит», мы снимали ту сцену, где бросаются кубики. Они обставили площадку какими-то красными фонариками, поставили огромный шар… Все это продолжалось часов пять. Вроде что-то делаем, но ничего не происходит! Снимается только эта сцена. Я ходила и говорила: «Ребята, они издеваются над нами! Непонятно, что из этого получится… Они какие-то шаманы!» В итоге они поколдовали — что-то получилось! И неплохо получилось, считаю.
Сейчас все еще много снимается картин, которые обходятся без компьютера. Но раз уж есть компьютер, то давайте все это развивать, ведь оно тоже имеет право на существование.
Но этот фильм примечателен не только компьютерными эффектами. В некоторых сценах есть такие крупные планы! Актерской игры тоже достаточно.

ТАКАЯ НЕБЛИЗКАЯ ВАРВАРА СУВОРОВА

— Какая сцена наиболее характеризует вашу героиню Варю?
— Каждый эпизод яркий. Все «ложится» на ее эксцентричный характер. Мне с ней было и сложно, и радостно. Помню, что мы много возились с воздушным шаром. Кстати, я почти все делаю в картине сама, за исключением нескольких трюков. И в этом эпизоде тоже сама висела, цепляясь за шар. Как со страховкой, так и без нее. И нужно было спрыгнуть с высоты. Конечно, страшновато было. Егор Бероев, хотя он и мужчина, тоже боялся. Но в итоге все получилось достаточно убедительно.
Единственное — в эпизоде, где Варя падает с лошади, мчащейся на полном скаку, выступает дублерша.
Я дико полюбила лошадей. За две недели буквально научилась ездить верхом. Я этим страшно гордилась и считала себя неплохой наездницей, но в картине увидела: казаки ездят в три раза быстрее, чем я. Еще и лихачят — вытворяют разные залихватские трюки на скаку.
— Кто еще претендовал на роль Вари?
— Не знаю! Я благодарна устроителям проекта, что для меня так и осталось тайной, кто еще претендовал на эту роль. У Первого канала существовало условие — на роль Вари должно быть утверждено так называемое медийное (известное, узнаваемое) лицо. По набору актеров, которые там есть, можно представить, какую они искали актрису… Я думаю, что у них был огромный выбор. Но режиссер Джаник Файзиев настоял на моей кандидатуре. На пробах я постаралась максимально проявить себя. И меня выбрали. Я там одна женщина. Больше нет.
— Близка ли вам эта роль и сам персонаж?
— Она мне не близка. В ней много одержимости. Она, на мой взгляд, не очень женственна. Все это не в моем характере. Но такова роль.

КИНО — ЕЖЕСЕКУНДНОЕ И ВЕЧНОЕ

— Где вам больше нравится работать — в театре или кино?
— Работать нравится и там, и там. Но в последнее время появилось ощущение, что мне скучно ходить на спектакли (не играть, а смотреть). Хотя я хожу в театры. Но пока не знаю, что такое должно произойти, чтобы мне захотелось это сделать.
В процессе работы в театре больше возможностей работать с материалом, искать, нащупывать свою роль, пытаясь приблизиться к своему персонажу, понять его. В кино свои преимущества. Там есть эффект ежесекундности. Как в данный момент ты ощущаешь себя, как ты делаешь что-то, так и будет зафиксировано навечно.
— Роль, которую хотите сыграть?
— В театре я уже много переиграла. Причем не только у Табакова, но и в художественном. Наиболее значимые мои работы — в спектаклях «На дне», «Потомок», «Признания авантюриста Феликса Круля» и некоторых других.
Единственная роль, которая у меня пока не случилась, — это Сюзанна в «Женитьбе Фигаро». Мне ее безумно хочется сыграть. Еще привлекла бы какая-нибудь мистическая или трагедийно-драматическая история. Отказываюсь пока от сериалов. В основном они среднего качества. Мне не хочется видеть себя в сегодняшнем бытовом облике. Нравится переноситься в иные эпохи. И чтобы персонаж по характеру и мировосприятию был не похож на меня — либо серее, либо ярче.
— Читаете ли вы детективы? Какую книгу прочитали последней?
— У Акунина я читала только «Турецкий гамбит». Еще из детективов читала «Агату Кристи», но опять же потому, что это надо было по работе. Еще Достоевского читала «Преступление и наказание». Тоже детектив, в какой-то степени (! – Авт.). Последнюю книгу читала в ноябре. Опять Достоевский — «Бесы».
— Какой момент российской истории вас больше всего привлекает? В какую эпоху предпочли бы временно внедриться?
— Повторяю: я не люблю бытовых историй, мне скучно играть то, что все время вижу вокруг себя. Какую эпоху выбрала бы? Не знаю, но могу сказать, что не люблю, — это период революции…
— Любимая актриса?
— Одри Хэпберн, Вивьен Ли, Кэмерон Диас.
— Кого еще, кроме Олега Табакова, можете назвать своим Учителем?
— Моим учителем является человек, который дал мне толчок пойти в театральный институт, — Ефим Борисович Эйнберг. Известный заслуженный педагог в Москве. Я посещала коллектив «Надежда» под его руководством. Очень разноплановый коллектив. Создан на основе бывшего пионерского штаба.
— Хобби есть у вас?
— Люблю возиться с цветами: разводить, ухаживать, пересаживать.
— А животных любите?
— В детстве мечтала работать в зоопарке, ухаживать за тигрятами, львятами. Сейчас у меня дома живет шикарный кот — мой маленький тигренок. На съемках был забавный случай. Александр Балуев играет генерала, у него должна быть белая лошадь. Но таких мало. Для него доставили лошадь, которая… танцевала. Когда я это увидела, со мной случилась истерика. Она стоит, и вдруг ее передние ноги разъезжаются, и она так ритмично начинает раскачиваться из стороны в сторону. И головой еще себе помогает. Это нужно было видеть! Такая вот «фишка» у животного. Я очень полюбила лошадей за период съемки.
— Из какой вы семьи?
— Мои родители инженеры, семья совсем не актерская. Хотя в последнее время среди родственников ходит байка, что кто-то из наших предков в одном из театров трудился рабочим сцены — закрывал занавес (Смех. — Авт.). У меня есть еще младшая сестра, и у папы от первого брака есть сын — мой старший брат. Семья у нас очень хорошая. Много родственников, кумовьев, есть крестные. Хотя профессии и характеры у всех разные, но все дружат, заботятся друг о друге. Кстати, по папиной линии есть сибиряки. Одна из моих бабушек живет в Нижнем Тагиле. Так что и уральчане (Произношение сохранено. — Авт.) в семье тоже есть.
— И последний вопрос — о творческих планах.
— Зимой я обычно в спячке. Боюсь холода. Я девушка южная, родом из Харькова. Практически не снимаюсь зимой. Но сейчас мне предстоит сниматься в продолжении большой чешской картины. Кроме того, у театра Табакова будут гастроли в Эстонию, Киев и Одессу. А сейчас вот приехала в гости к вам. Ощущения от Челябинска очень теплые. Меня так хорошо встретили! Показали город. Снег, легкий мороз… Хорошо! Мне здесь комфортно. Надеюсь, еще к вам приеду. Может быть, с театром — на гастроли.

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»