Меню

Сергей Александров : Творчество театрального художника, наверное, можно в полной мере оценить только во время спектакля

10.12.2015 12:37 - автор Вопросы задавал Андрей Ваганов
Творчество особенно заметно, когда декорации оживают, становятся частью некоего волшебного мира. Когда же спектакль сходит со сцены, остаются только эскизы и макеты..
Сергей Александров : Творчество театрального художника, наверное, можно в полной мере оценить только во время спектакля
На пути к самостоятельности

- Я абсолютный гуманитарий, - рассказывает С. Александров. - Никакие химии, физики и прочие точные науки даже и не пытались оставить след в моей голове. С детства окружённый огромной домашней библиотекой, я погрузился в мир книг. И, если учесть, что первый телевизор я увидел в 9 лет, а в нашей семье он появился, когда мне было 10, то он не помешал мне поглощать книги в огромном количестве и в любом месте. В том числе и в школе, на уроках. Всё остальное время я проводил в театре – студии «ЮНОСТЬ» (будущий театр «У ПАРОВОЗА») которым руководила моя мама. Мой отец очень боялся, что я увлекусь театром и стану актёром. Может, потому он и отдал меня в кружок изобразительного искусства при дворце пионеров и школьников. Руководил этим кружком знаменитый на весь город Иван Иванович. За три месяца он сумел поставить мне руку на работу с карандашом и преподал азы работы с акварельными красками. Первый набор в Художественную школу вызвал в городе сильный ажиотаж и, как результат, большой конкурс на приёмных экзаменах. Три экзамена (рисунок, живопись и композиция) я сдал с результатом: 5, 4, 5. Интересно, что через четыре года я сдал выпускные экзамены точно с таким же результатом. Почему я так подробно написал про начало своего творческого пути? Под влиянием отца я стал художником, а мама увлекла меня в мир театра. Поэтому я и стал в результате художником театра. В художественной школе мне повезло. Моим учителем был Николай Николаевич Аристов. Художник, получивший академическое образование был ещё и замечательным педагогом и всё понимающим человеком. В дальнейшем он стал основателем Челябинского Художественного училища. Что же касается среднего образования…В результате моего чудовищного презрения к точным наукам по оценкам полугодия в выпускном, десятом классе, я покинул мою родную десятую школу - и сделал это без всякого сожаления. Мне было 16 лет, и именно с этого возраста я стал жить самостоятельной и совершенно независимой жизнью.

Первые работы

- Уже заканчивая выпускной класс Художественной школы, я уже работал художником – постановщиком на Челябинском телевидении, где выпускал с режиссёром Бокаревым два телевизионных спектакля, а по вечерам, вперемешку с Художественной школой успешно заканчивал вечернею общеобразовательную школу. Затем были годы разной учёбы, службы в армии, различные работы, но всё было в той или иной степени связано с театром. Больше всего для профессии мне дало общение с интересными художниками, режиссёрами и другими творческими людьми. Фамилии людей по настоящему что-то давшие мне в профессии – не более десятка, но формат нашей беседы не позволяет остановиться на их именах. Тем более, что я не могу просто назвать их имена. О каждом из них можно рассказать интереснейшие вещи. Тут мне повезло. Да и отношение к художникам в то время у властей было внимательным. Бесконечные выставки, лаборатории, творческие дачи. Встречи, общение, дружба…. Очень много мне дали многомесячные курсы повышения квалификации работников культуры и искусства при Министерстве Культуры Российской Федерации – это учёба в Москве, а затем выезд на месячную практику, например в театры Риги или Тбилиси. На этих курсах я проходил переподготовку несколько раз. За мою жизнь я участвовал в большом количестве всевозможных выставок. Разного статуса, в России и за границей. Последние двадцать лет я был председателем секции театральных художников при Союзе Театральных деятелей РФ Свердловского отделения. А первая постановка в качестве художника- постановщика в профессиональном театре – это был спектакль «МЫ ИГРАЕМ В АЙБОЛИТА» в Челябинском ТЮЗе и «БЕЛОСНЕЖКА И СЕМЬ ГНОМОВ» (совместно с Игорем Гриневичем) в Челябинском оперном в 1974году. В 1975 году я был приглашён в Новокузнецкий театр драмы в качестве художника-постановщика. Затем был театр драмы Кузбасса, Новосибирский ТЮЗ, с 1984 года Челябинский ТЮЗ, где я уже служил главным художником, Челябинский областной театр драмы, Рязанский театр драмы и Рязанский ТЮЗ, работа в Германии (ФРГ), Челябинский Камерный Театр… И с 1995 года, двадцать лет – главным художником Свердловского государственного академического театра музыкальной комедии.

О роли художника

- Художник по сути своей индивидуалист. И чем он индивидуальнее, харизматичнее – тем у него больше шансов стать интересным живописцем, графиком, скульптором. Театральный художник работает с автором – это первоисточник, и режиссёром – это соавтор. И не просто соавтор, а соавтор, претендующий на лидерство. В музыкальном театре количество соавторов добавляется (хореограф, хормейстер, дирижёр). Художник должен лавировать внутри этого сборища гениев, умело и тактично, проводя свою политику и свою идею. Кроме творческих соперников (без успеха которых невозможен и твой успех, личный, поскольку в театре может быть только общая победа или общее поражение), существуют ещё и производственные цеха, которые могут как «запороть» твои декорации и костюмы, так и выполнить их на самом высоком уровне, обогатив их своим опытом и мастерством. Цеха – это множество людей со своими характерами, достоинствами и недостатками. И надо уметь с ними ладить, поскольку театр – искусство коллективное. Я уж не говорю ещё про большое количество руководителей самого разного уровня, с которыми тоже надо уметь договариваться.

Я очень много делал спектаклей в разных театрах России и СНГ, также работал в театрах Америки, Германии, Австрии. Число поставленных спектаклей приближается к четыремстам. Работал и работаю в самых разных жанрах: драма, детские спектакли, оперы, балеты, мюзиклы, балеты, спектакли в театре кукол. С какими только режиссёрами не сталкивала меня жизнь. Закрываю глаза, и передо мною проплывают лица и лица…. Многих уже и не помню, как звали и какие спектакли ставили. Многие чётко остались в памяти.

Самые удачные работы в моей жизни состоялись тогда, когда я работал с режиссером, который мне доверял. Если режиссёр не считает тебя полноправным соавтором и пытается заставить тебя идти за ним и его идеями с целью профессионально обслужить его видение спектакля, то такая работа мне не очень интересна. Хотя я никогда не отказываюсь ни от какой работы.

Для меня идеально, когда режиссёр и художник думают и творят не как две параллельные линии. И вроде про одно и то же, но при этом никогда не сойдутся. А когда каждый делает своё, пусть и перпендикулярное по отношению друг к другу, но в одной, самой важной точке будет соприкосновение, слияние и это дорогого стоит.

В Челябинске и за пределами

- Сегодня работа за пределами города Челябинска не отличается ничем особенным. Просто в состоянии тотально пренебрежительного отношения к культуре есть территории более активно и мощно живущие, интенсивно перемалывающие больший, чем в Челябинске денежный поток, с более активным развитием в разных отраслях, в том числе и культуре. Поэтому Челябинск живёт не хуже и не лучше большинства остальной провинциальной России. Вот если вспомнить Театральный Челябинск, существовавший 35 – 20 лет назад и сравнить его с сегодняшним…. Но это отдельная тема для разговора.

Довольно много мне пришлось работать как с заграничным режиссёрами (американцами, немцами, австрийцами) в России, так и с ними же, но уже в их родной стихии, на их родине. Отдельный разговор – это русский режиссёр и художник в стихии заграничной всёдозволенности и безграничных технических возможностей. Но за отсутствием времени и места ограничусь несколькими репликами. Восхищаюсь немецким театром. Во первых – Германия это одна из редких стран где понимают необходимость поддержки государством театрального искусства. И оно его поддерживает очень неплохо, содержа около семидесяти профессиональных коллективов. Некоторые из них состоят из нескольких трупп разного жанра, которые при необходимости перемешиваются.

О возвращении домой

- Странное слово «возвращение». Вроде как стремился куда-то к лучшему, бежал, а прибежал к разбитому корыту. Я и сам не ожидал, что вернусь в Челябинск. В Екатеринбурге всё было хорошо. Я работал главным художником в замечательном театре. Большой коллектив, две сцены, около 1200 сотрудников. Постоянно в работе. Всевозможные призы и награды, к которым, впрочем, я совершенно равнодушен. И работы интересной много и обласкан начальством. Подвело здоровье. За год три серьёзные операции. Одна на сердце и две внутриполостных. Операции прошли сложно, думал, не выживу. Выжил, но с тяжелым диагнозом и полной неопределённость на будущее. У меня в Челябинске никого из родственников уже нет. А у супруги их много и она с ними дружит. Вот и решил перевезти семью на родину и успеть устроить их более – менее комфортно. Работать вообще больше не собирался, но сидеть дома – невыносимо. Весной сделал в своём Свердловском театре две постановки, одну в Челябинской драме. Сейчас выпускаю ещё одну в драме, запускаю в «Манекене», в Камерном, в Омском Музыкальном театре. Наклёвывается ещё на весну три – четыре постановки. А там как карта ляжет.

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»