Меню

Локальный случай, или Как порой российские чиновники становятся латифундистами

25.04.2014 13:13 32 (11744)
— Алло, это редакция? Моя фамилия Руденко, — услышал я в трубку баритон,— хотел бы поведать вам одну историю, что называется, из первых рук…

И мой собеседник вкратце, несколькими словами пояснил ее суть.

История эта чертовски заинтересовала меня и вместе с тем была настолько российской, что я тут же назначил встречу.

Через два часа мы уже сидели в одном из редакционных кабинетов; в кресле напротив меня — мужчина спортивного сложения, лет 45 — 50, неспешно и последовательно, «в рамках жанра», рассказывающий предысторию своего визита в редакцию:

— У нас с женой свое агентство, специализирующееся на операциях с недвижимостью — это наш маленький бизнес, в котором мы около семи лет. Любителям считать чужую наличность скажу следующее: хлеб наш тяжел, и кризис образца «2008», вопреки победным телевизионным реляциям, несколько затормозился лишь где-то к концу 2010 года. Комиссии с продаж снизились с 50 тысяч до 20; сделки, проводимые через Регистрационную палату, осуществляются с невероятным скрипом; многие клиенты, наподписав с нами договоров, по получении желаемого для себя результата нередко проявляют… — мой собеседник подыскивает щадящий газетную бумагу термин, — откровенное жлобство с единственной целью — не платить комиссионные. Бывают периоды, когда нечем платить за офис, а ведь необходимо еще оплатить офисные телефоны, рекламу (по 6 — 7 тысяч в неделю), налоги, пенсионные отчисления, бензин (в нашей работе без авто не обойтись), — рассказчик с тоской посмотрел в окно на густо посыпавший апрельский снег, — так что завидовать, полагаю, нечему: позапрошлой зимой мне приходилось бомбилой подрабатывать на своем внедорожнике.

Преамбула к основной части рассказа Владимира не сулила оптимистического продолжения и была такой же унылой, как пейзаж за окном редакции.

Мой гость отхлебнул чаю и продолжил:

— Позапрошлым летом к нам вновь обратился некто Куницын. Работал он в ту пору заместителем главы администрации Сосновского района и в течение 2008 — 2009 годов уже не раз обращался в нашу фирму: то квартиру продать, то ипотечный кредит получить. Суть очередного обращения к нам заключалась в следующем.

У Куницына имелся пай в 5,1 га в районе деревни Малиновки. Место это весьма перспективное в плане возведения коттеджей и пользуется спросом у людей с достатком выше среднего, уставших кормить ЖКХ…

Нашей фирме предстояло «раскрутить» сей пай рекламой (и по своим каналам) с целью найти покупателя, способного выложить за него два миллиона полновесных российских рублей.

Заключив договор с заказчиком, мы засучили рукава… Напечатали с десяток баннерных растяжек, смонтировали их вдоль дорог, ведущих к объекту. Оплатили серьезную рекламу в ведущих газетах, «пачками и россыпью» повезли покупателей на просмотры.

У Куницына вдруг обнаружился невероятный аппетит, и он начал набрасывать на свое сокровище по 300 — 500 тысяч рублей едва ли не каждый месяц, подойдя к цифре 3,5 миллиона.

Многие участники «забега» сошли с дистанции. Посудите сами: человек, пожелавший купить пай за 2 или 2,5 миллиона, далеко не всегда обнаружит желание выложить 0,5, а то и миллион сверх того лишь по той причине, что у продавца аппетит разыгрался. Чаще всего покупатель кроет последними словами нашего брата риелтора, хотя таким пиару и славе мы обязаны армии куницыных, «переобувающихся» не единожды по ходу пьесы…

Продажа участка ввиду вышеперечисленного несколько затянулась, однако, говорят, всему когда-то приходит конец, покупатель был нами найден, сделка в Регпалате проведена (хотя имела все основания развалиться, поскольку продавец в очередной раз пытался «слегка» набросить, округлив 3,5 миллиона до пяти).

— А скажите, Владимир, как Куницын стал владельцем пая в 5,1 га? — задаю я свой первый вопрос гостю. — Он ведь в номенклатурной табели о рангах лишь мелкий муниципальный служащий…

— Все очень просто, старик, — ответствовал Владимир. — Сначала Куницын и Ко распустили среди аборигенов (а чаще всего это бабушки и дедушки, облагодетельствованные государством «зеленками» в свете земельного законодательства) слухи, что эти-де их земельные наделы нафиг никому не нужны, но что они-де, то бишь Куницын и Ко, согласны купить их «мега»-га за трамвайный билет… И я не преувеличиваю, старик, — продолжал Владимир после некоторой паузы. — Этот злополучный пай Куницын купил у гр. Османкиной за 50 тысяч, продал, как известно, за 3,5 миллиона. Сколько там в процентах чистой прибыли? Я с этой Османкиной (после того как Куницын нас кинул) встречался и предлагал развернуть сделку, т.е. аннулировать (возможность такая была, поскольку он действовал по доверенности), но услышал от нее: «…Да бог с ним! А 50 тысяч тоже деньги. У нас там все так свои земли продали этим… из администрации: кто за цветной телевизор, кто за холодильник…»

— И что теперь? — спрашиваю Владимира.

— Теперь?.. — Владимир в упор посмотрел на меня серыми глазами. — Теперь на руках у нас решение двух судов (районного и областного), решивших тяжбу не в пользу г-на Куницына. Теперь у нас другая задача — деньги свои получить с помощью нашего адвоката и судебных приставов. Уже три года мы с адвокатом барахтаемся в этом г… как бритва в киселе…

Оставив ксерокопии необходимых документов, фактически подтверждающих его рассказ, мой гость шагнул за порог. Еще через минуту я увидел его отъезжающим со двора редакции.

«У богатых свои причуды, — подумал я, вспомнив Османкину с ее «…да бог с ним!». Ну конечно, живя в хрущевке, отчего б и не одарить сонмище куницыных тремя миллионами?»

Воочию представил заместителя какого-то там районного главы, пытавшегося устами своего доверенного лица доказать суду, что его-де, честного и несчастного, риелторская фирма заставила обманным путем подписать абсолютно чистые листы, дописав после его, Куницына, долговые обязательства…

Подумал о Владимире и… о государстве, с утра до вечера вещающем на всех телеканалах о поддержке малого бизнеса…

Нет слов, увеличение налога с 26 процентов до 34, несомненно, поможет Владимиру и его жене выкарабкаться…
 
Рисунок автора

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»


$in_other$