Меню

Размышлизмы

07.03.2014 13:51 18 (11730)

Голова в песке

Вопрос без ответа. Я задаю его сам себе: почему когда избили русского — это в лучшем случае хулиганство, а когда дагестанца или чеченца — это всегда разжигание национальной розни? Декларации о равенстве всех перед законом, от коих уже мозоли на ушах, конечно, необходимый атрибут новейшей истории России, можно сказать, почти символ. Но как нам относиться к фактической стороне национальной проблемы? Понимаю: по-страусиному — голову в песок и нет проблем! Или телевизор погромче, где тебе пятьсот раз на дню о равенстве пропоют…

Стокгольмский синдром

Интервью любимого актера Владимира Зельдина «Вечерке». «…В страшном 37-м нас не тронули. Дядю, его жену и его детей (!!!) убили, а нас не тронули». И тут же, как знак невероятной признательности палачу за то, что «не тронули»: «Сталин был в курсе всех культурных событий. Это же он добился, чтобы Горький вернулся в Советский Союз, он переписывался с Пастернаком, советовался с Булгаковым».

Стокгольмский синдром. Это когда жертва рано или поздно в своего будущего палача влюбляется. Этот феномен лучше всего Оруэлл описал в своем великом и ужасном романе «1984». А Владимир Зельдин еще Мандельштама не упомянул, с которым товарищ Сталин тоже переписку вел; Кольцова, журналиста-международника, имеющего мировую славу, — «лучший ученый и друг физкультурников» товарищ Сталин его тоже высоко ценил. Это, правда, не помешало бывшему семинаристу обоим уважаемым имярекам по свинцовому презенту отвесить. Актрису Окуневскую, красавицу, какую и в Голливуде было не сыскать, было б логично вспомнить. Она имела неосмотрительность не дать Лаврентию Берии и получила за такое нахальство двадцать лет лагерей. Отчего б имя Зинаиды Райх, вдовы казненного Мандельштама, в данный контекст не вставить, которую то ли из-за родства с режиссером, то ли ради просторной квартиры сталинские соколы словно свинью да в этой же квартире и зарезали.

«Переписка с Пастернаком», как мы помним, вылилась в трогательное «подонок» из уст сталинской шестерки, товарища Жданова, произнесенное с трибуны съезда. «Советовался с Булгаковым» — в нежелание редакторов печатать «Мастера и Маргариту» (роман был опубликован спустя двадцать лет после смерти М.А. Булгакова). Дружба отца всех народов с Горьким более напоминала тесные объятия удава с кроликом. С логичным удушением последнего под занавес кровавой пьесы…

Синдром. Стокгольмский. Более полувека минуло со дня смерти тирана, а добрая половина россиян им по-прежнему инфицирована.

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»


$in_other$