Меню

Южный Урал попадет в историю

21.02.2014 12:00 14 (11726)
За последние 20 лет южноуральские ученые впервые отважились замахнуться на беспрецедентно масштабный проект — написать многотомную историю нашего края от палеолита до наших дней. Каким будет этот научный труд, для кого он написан и какие задачи решает узнал корреспондент «Вечерки».

Идея написать большую, обстоятельную историю возникает, по словам ученых, не впервые. О многотомной истории заговорили в ЮУрГУ еще десять лет назад. Но в то время создавалась энциклопедия Челябинской области. И это для тех, кто принимает решения, казалось более значимым проектом.

Мы отстали от соседей!

— Но время прошло, — говорит доктор исторических наук, профессор кафедры древней истории и этнологии Евразии ЮУрГУ Сергей Боталов, — и мы сегодня вынуждены констатировать, что наши соседи вокруг нас проделали этот путь достаточно интенсивно. У них успели выйти в свет «История татар», «История башкир», региональные атласы, «История Самарского Поволжья». В Кургане опубликована пятитомная «История Курганской области». А мы как бы являемся аутсайдерами. Хотя идея возникла очень давно, и мы имеем полное право написать такую историю в рамках Южного Урала.

Тем не менее за последние 20 лет наша история как наука не стояла на месте. Учеными накоплен огромный материал, способный сделать настоящий прорыв. За последние годы удалось открыть и осмыслить памятники мирового уровня, найденные на Южном Урале. Аркаим, наскальная живопись Игнатьевской пещеры, памятники на озере Зюраткуль — всего не перечесть. По словам Сергея Боталова, были открыты целые народы, практически ранее не существующие на карте Евразии, но очень трудно позиционируемые — сарматы, урало-казахстанские гунны, тюрки, мадьяры. Одним словом, все созрело, чтобы приступить к разработке проекта многотомной истории. Есть материал, который требуется для написания тематических разделов, есть большой научный потенциал, существующий в ЮУрГУ, в Южноуральском отделении РАН, вообще в вузах региона, наконец, есть общественный запрос.

Место развития — главный принцип

О сути проекта рассказал директор института истории и археологии Южно-уральского отделения РАН Вадим Мосин:

— Действительно, сам по себе этот проект — «История Южного Урала от глубокой древности и до наших дней» — формировался давно и как вузовско-академический. Главной отправной точкой, как мы понимаем, является «Место развития». Почему Южный Урал? Еще Геродот отмечал, что каждый народ несет облик той территории, на которой он проживает. В данном случае — понятие «место развития», которое широко используется евразийцами.

Человек связан с ландшафтом, климатом, минеральными ресурсами, с гидрографической сетью — реками, озерами. Это накладывает определенный отпечаток как на самих людей, так и на общество в целом. Для Южного Урала «местом развития» является сочетание нескольких ландшафтных зон. Это горная тайга, лесные озера, лесостепь и на крайнем юге — степь. Здесь население формировалось и вело свое хозяйство сразу в нескольких ландшафтах. И вот это явилось той изюминкой, которая отличает южноуральское население от населения окружающих территорий. Зависимость от окружающего пространства в большей степени была характерна в древности для охотников и рыболовов. Начиная с бронзового века, когда возникает производящее хозяйство, эта связь не ослабевает, она переходит в другое качество. Иной раз мы не осознаем, но эта связь с природой останется и в будущем. Процессы индустриализации, при всей глобальности, не отменяют зависимость социума от природных условий. Это для нас важно подчеркнуть в этой работе. Историю Южного Урала от древности до современности еще никто не писал с позиций природы и социума. И мы считаем это главной задачей для себя.

Наука против местечковой мифологии

Предполагается, что в соответствии с масштабами проекта в него включится большой авторский коллектив из самых различных отраслей гуманитарных знаний. Ему придется создать восемь томов научно выверенного академического текста, который бы не вызывал споров. А это значит, что узкие места придется проходить. Как?

— Самые сложные места в этом издании связаны с вопросами этнокультурогенеза региона, — отмечает историк, публицист Гаяз Самигулов. — К примеру, новые истории русского заселения края — очень непростой вопрос. Как и вызывающие дебаты учебники по ХХ веку. Что касается периода ХVII — ХIХ веков, то все здесь на самом деле противоречиво. Есть устойчивое ощущение, что по истории этих времен почти все изучено и все известно, но в действительности все не так. У нас нет работ, которые бы рассматривали историю нашего края в динамике с ХVII до начала ХХ века. А в тех, что написаны, есть большие лакуны со всей неизбежностью. Даже тема уральских заводов, которая кажется всем известной, не раскрыта достаточно. Попробуйте найти подробные материалы по самым ключевым Кыштымским и Златоустовским заводам. И выяснится, что огромные периоды их истории практически не прописаны. А история состоит из деталей, а не из общих представлений, не из стереотипных картинок.

Написание подробной истории — одна из ключевых задач этого проекта. Только основанная на фактах история может объяснять самые разные вещи, отвечает на любые вопросы.

Гаяз Самигулович считает, что в последнее десятилетие активно развивается в нашей области разноуровневая мифология: казачья, башкирская, татарская, славянская. При этом есть варианты по районам. Люди хотят подчеркнуть свою значимость. Если не написать фундаментальную историю края, основанную на документах, то вскоре мы будем иметь дело с массой «историй», друг с другом никак не связанных и противоречащих друг другу в принципе. Будет полный хаос.

Когда говорится о создании единого учебника России, историки отталкиваются от тех же позиций. Но на региональном уровне это проявляется более явно, остро. Один краевед в Кунашаке высказал гипотезу о том, что северо-американские индейцы произошли от кунашакских башкир. И такие «варианты» на местном уровне — как вполне допустимые вещи. Чтобы купировать такие явления, нам необходима обоснованная история.

— История наша многокомпонентна и включает в себя историю промышленности, историю этническую, — говорит Самигулов. — Можете ли вы назвать книгу по истории оборонительных линий, крепостей Южного Урала? Нет. Истории башкирского народа на нашей территории тоже нет. Можно продолжать. Вот мы и предлагаем сделать это в рамках единого стержневого издания.

— То, что творится в СМИ и интернет-пространстве, — отметил Сергей Боталов, — это уже мракобесие. Но это не самый ужасный факт. Сегодня мы присутствуем при историческом ангажементе некоторыми политико-националистическими силами, которые есть и вне Российской Федерации, и внутри регионов. Такое возникает на научной недосказанности, из-за отсутствия объективного материала исторической фабулы. Идет перекраивание истории, переписывание.

Кто будет нас читать

Кажется, ответ на этот вопрос является для проекта ключевым. А действительно, кому будут адресованы все эти разыскания?

Доктор исторических наук, заведующий кафедрой истории России ЮУрГУ Игорь Сибиряков рассказал, какая видится ученым целевая аудитория:

— Во-первых, это студенты. Для них это будет полезным. Некий свод выверенных, научно устоявшихся проверенных фактов. Это то, что для студенческой среды крайне необходимо. Притом что мы не претендуем на истину в последней инстанции, и поле для оценки этих фактов, для суждений возможно даже на страницах этого издания. Во-вторых, это интеллектуальная элита, которая нуждается в консолидации. Без этого регион ожидает тяжелое будущее. Консолидировать — значит выработать некую общую позицию, по крайней мере, по самым болезненным вопросам ХХ века.

Игорь Вячеславович особо подчеркнул, что это не претензия на единую точку зрения в проекте. Речь идет о попытке выработать общий подход к рассмотрению наиболее сложных процессов, происходивших на Южном Урале. Он необходим и с государственной, и с человеческой точки зрения.

И в этом смысле ученые-историки рассчитывают на поддержку политической элиты, которая все чаще использует историю в качестве жестких аргументов в очень жесткой политической борьбе внутри страны и за ее пределами.

Многотомная история представляет большой интерес для самых разных групп населения. Ведь ХХ век вообще наиболее болезненный фрагмент нашей истории. По словам Сергея Боталова, этот проект не столько публикационный, сколько предназначен для интернет-пространства. Аудитория будет необъятна независимо от тиража. Поэтому не следует оставаться в рамках Южного Урала как региональной истории. Но наше сегодняшнее историческое самопонимание должно стоять в центре Евразийской истории.

Наш край — особенный

Игорь Сибиряков рассказал, что в рамках проекта будет поставлена особая задача — утверждение особого статуса Южного Урала в российской истории. Ведь у Южного Урала была особая миссия в масштабах всей страны.

— И определяется она следующими факторами, — доказывает ученый. — Во-первых, это уникальный регион с точки зрения географического расположения. Это действительно ворота, которые открываются как на Восток, так и на Запад. И тот, у кого «ключик» от этих ворот, может серьезно влиять как на экономические, так и на социальные процессы. Состояние и развитие Южного Урала в начале ХХ века связано, конечно, с переселением в Сибирь. Именно в этот период начинается взлет нашего региона и закладывается фундамент острейших социальных противоречий. Становится понятным, что Южный Урал — это тот регион, без которого представить Россию невозможно. Второй раз такую миссию Южный Урал будет выполнять на стадии подготовки к Великой Отечественной войне: мы превращаемся в основу военно-промышленного комплекса Советского Союза. Здесь сосредотачивается интеллектуальный и промышленный потенциал, здесь решаются задачи, связанные с разработкой новых видов оружия. К сожалению, констатирую об этом с большой горечью, наши студенты понятия об этом не имеют. Имена Берия или Курчатова для многих загадка. Я надеюсь, что с помощью проекта будет возможность знаковые имена сделать известными, понятными.

Пробный шар

Ученые-историки не скрывают, что сегодняшнее объявление о создании многотомной истории — лишь попытка привлечь внимание всех заинтересованных сторон к проблеме. Во всяком случае заявка сделана, и впереди не меньше пяти лет большой работы, которая предполагает анализ письменных источников и материальной культуры, написание текстов. Большое значение будет иметь оформление будущего восьмитомника. Он должен быть очень красочным.

Говорят, что сам по себе ЮУрГУ такой объем работы не потянет. Здесь необходимо сотрудничество с коллегами из разных вузов. Пока авторский коллектив не согласован. Зато у этого проекта есть интегративная функция. Общее дело должно объединить научное сообщество. Но на какой основе? Историки не скрывают свою позицию: будущее издание должно носить ярко выраженный государственный характер.

— Мы должны отстаивать интересы этого государства, — сказал Вадим Мосин, — в высоком смысле этого слова — быть патриотическими. Я не уверен, что областной бюджет сможет полностью поддержать проект. Нужны совместные усилия всех бюджетов. Я надеюсь на сотрудничество с государственными органами.

У многотомных историй есть важная миссия: они пытаются быть рубежами, где научная мысль противостоит бытовому, упрощенному восприятию истории.

— Если не делать такие проекты, — уверены историки, — ситуация будет только ухудшаться. И нам следует попробовать.

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»