Меню

Побудь моей мамой

07.02.2014 17:36 10 (11722)

Больничным сиротам по-прежнему не хватает нянь

— График работы — пять дней в неделю, с восьми до пяти, — координатор проекта «Больничные сироты» Ольга Фролова разговаривает по телефону с претенденткой на место няни. — Ваша задача — постоянно находиться рядом с детьми: кормить, пеленать, играть, ухаживать. Словом, делать все, что делает мама...
Нельзя сказать, что от желающих взять на себя столь серьезную ношу нет отбоя. И все же нынче дело обстоит куда лучше, чем восемь лет назад, когда «ничьи» малыши воспринимались всеми лишь как обуза. Сегодня об этих детях в равной степени пекутся и общественность, и власти Челябинска. О заботах городской администрации мы подробно расскажем позже. А пока вспомним, с чего все начиналось.
 


Родные и чужие


Проект «Больничные сироты» своим рождением обязан предпринимателю, детскому врачу по специальности Яне Захаровой. В 2006 году она пришла в общественный фонд «Рука помощи» и рассказала, что в детской больнице на ЧТПЗ есть палаты, где лежат ничьи младенцы. Когда они плачут, то женщины, находящиеся здесь же вместе со своими детьми, попросту выставляют приемышей в коридор, чтобы те своим криком не мешали их родным чадам. Яна Захарова на свои средства наняла для брошенных малышей няню, оборудовала игровую комнату. Много раз пыталась достучаться до чиновников. Никто ее так и не принял.

Зато общественники откликнулись сразу. О том, что они увидели тогда в больницах, руководитель объединения «Женщины Евразии» Татьяна Щур сегодня вспоминает с ужасом:
— Представьте, дети лежат почти круглые сутки совсем одни. В шесть утра свет в палате включается, в шесть вечера выключается. И все. К малышам никто не подходит. Ну, кормят их, конечно, убирают, а ни на что больше у персонала сил уже не остается, поскольку работников не хватает. Да и кормили-то — сейчас даже сказать страшно — разбавленным картофельным пюре... Один из детей, попавших в поле зрения Яны, мальчик, который находился в больнице уже больше года, угасал на глазах. Ради него она к нам и пришла.
 

Откуда берутся больничные сироты

 
Поначалу общественники и не знали, что есть такой термин. Явление же тем не менее было налицо.

— За месяц должен быть установлен статус ребенка, — объясняет Татьяна Михайловна. — Если мать письменно отказалась от него, то проблем нет — малыша передадут в дом ребенка. А вот если просто бросила, то надо ее искать, устанавливать статус малыша, а это может затянуться надолго. И все это время ребенок фактически ничей: мать исчезла, государство его под опеку еще не взяло, а у больниц денег на содержание таких детей нет. К тому же с местами в домах ребенка проблема. Поэтому и случалось, что дети жили в больницах по полтора года. Сейчас такого, конечно, уже нет.

Приняв эстафету, «Женщины Евразии» в свой черед отправились добиваться аудиенции у чиновников, справедливо рассудив, что проблема требует системного подхода и отдельными вливаниями ничего не поправить. После двух месяцев хождения по кругу прибегли к последнему средству — собрали пресс-конференцию. Желаемый результат был достигнут: общественность всколыхнулась, власти услышали. С администрацией Челябинска договорились так: «Женщины Евразии» собирают деньги на оплату работы нянь, а город помогает провести информационную кампанию. Баннеры со слоганом «Их всего сто, а нас миллион. Мы можем помочь!» наверняка помнят многие.
 
 

Забота не терпит шума

 
Летом 2010 года у «Женщин Евразии» закончились деньги. Няни согласились месяц отработать бесплатно — что, в общем, неудивительно: очевидно, что на эту работу идут не ради денег. Помощь пришла, откуда не ждали — из Новосибирска, где работает весьма состоятельный фонд «Солнечный город». Только программа там называется немного оптимистичнее нашей — «Больничные дети». Сибиряки выступили с предложением: они будут оплачивать работу трех нянь и координатора программы в Челябинске с условием, что деньги еще на трех «больничных мам» наши общественники будут добывать сами. Челябинцы поднатужились, обзавелись группой «ВКонтакте» — и благодаря неравнодушным землякам договоренность соблюдают.

— Нам помогают очень средние организации и делают это тихо, без шума. Мы им очень благодарны, но все еще ждем кого-то большого, — улыбается Татьяна Щур. — Правда, сколько ни обращались к солидным компаниям, никакой помощи не получили. Некоторые даже ответить не считают нужным.

Собранные средства целиком идут на зарплату нянь. Лишь иногда приходится немного выкраивать на форму для них или медикаменты для детей. Памперсы, игрушки, средства гигиены для ребятишек — это другая строка в отчетности общественников. Все это они получают от благотворителей в натуральном виде либо назначение взносов оговаривается особо. «Женщины Евразии» уже приучили горожан к дням открытых дверей, когда каждый желающий может прийти в офис объединения и внести свою лепту в поддержку малышей. Няням все принадлежности для детей передаются строго по акту: благотворитель должен быть уверен, что его помощь дошла до адресатов.
 
 

Маленький — значит, наш

 
Сегодня в проекте «Женщин Евразии» задействовано семь нянь. А надо десять, говорит Татьяна Михайловна. И работать они должны в две смены. Сейчас малыши после пяти вечера и по выходным остаются одни: позволить себе оплачивать круглосуточный труд нянь общественники пока не могут. И на добровольцев рассчитывать тоже не приходится: во-первых, нельзя говорить о стабильности, во-вторых, дети болеют, и неподготовленному взрослому легко заразиться.

Кстати, с почина сибиряков челябинский проект теперь носит двойное название: «Больничные сироты — больничные дети». И это не просто дань сотрудничеству. Няни, работающие в больницах, берут под свое крыло не только сирот, а всех деток, по разным причинам находящихся в отделении без мам. Это и малыши, изъятые из неблагополучных семей, и те, у кого много братишек и сестренок, которых мама не может оставить без присмотра, и ребята из области. Еще есть дети в тяжелом состоянии, к которым мам не пускают врачи. Еще — малыши из детских домов, которые тоже попадают сюда, когда болеют. Есть и подкидыши: в Металлургическом районе был случай, когда загулявшая мамаша оставила ребенка на попечение соседки, а та, когда надоело возиться, принесла его в больницу. Забрать малыша мать потом смогла только с разрешения органов опеки.

На попечении нянь, работающих с «Женщинами Евразии», сегодня находится 44 ребенка в пяти больницах Челябинска и в одной копейской. Всю работу с сиротами в областном центре общественники ведут на основе соглашений с управлениями здравоохранения и социальной защиты городской администрации.



Няня Оля и няня Валя

 
В отделение патологии недоношенных и новорожденных Челябинской областной детской клинической больницы координатор проекта «Больничные сироты» Ольга Фролова приходит как домой: год она проработала тут няней. Этот опыт она называет школой жизни и вспоминает, как давала своим подопечным имена: некоторые малыши от горе-матерей не получают даже этого...

С октября прошлого года здесь хозяйничает Валентина Огнещенко. Медсестры называют ее «наша Валюша», а увидев в отделении координатора, подозревают неладное: «Не забирайте ее от нас! Нам без нее будет плохо!»

— Отделение очень тяжелое, — подтверждает Ольга. — Дети здесь с патологиями, в основном из области.

В палате, куда мы заглядываем, лежат два младенца. Такое, говорит Валентина, бывает редко, обычно здесь размещается шесть-семь малышей. Всего же, с учетом «населения» палаты интенсивной терапии под опекой няни Вали находится в среднем около 15 детей. На них же предусмотрена одна медсестра. Немудрено, что девочки уже не представляют, как бы они управлялись без больничной мамы. Няня и накормит, и перепеленает, и сделает упражнения для ручек-ножек, и отнесет на осмотр и процедуры. Никаких медицинских манипуляций няня, разумеется, не выполняет. Только обеспечивает уход. Поэтому при подборе нянь отсутствие образования общественники во внимание не принимают. А вот наличие собственных детей очень даже приветствуется. Ольга Фролова не устает повторять: «Вам не надо быть медработником. Вам надо быть мамой».

Валентина берет малютку в розовых ползунках на руки, поддерживает крохотную головку с привычной осторожностью. Няня Валя по образованию психолог, дома — счастливая жена и мама шестилетнего ребенка. Что подвигло молодого дипломированного специалиста с утра до вечера возиться с пеленками? В ответ Валентина смотрит на меня с удивлением. Действительно, чего бы это вдруг женщину потянуло к детям? Вопрос идиотский, согласна.

...Общественная няня получает 11 700 рублей в месяц. По сравнению с зарплатой медперсонала это солидная сумма, но и ее общественники считают недостаточной за работу, которая под силу далеко не каждому. Многие не выдерживают: когда беззащитная кроха, еще не зная, что в мире есть предательство и сиротство, доверчиво распахивает ручонки навстречу, от нестерпимой нежности и боли разрывается сердце.
 

 

Непридуманные истории

 
Дальнейший путь каждого ребенка, который проходит через руки больничных мам, проследить, конечно, невозможно. Но помнят няни каждого, это точно.

Анжелика
Положили в палату патологии новорожденных девочку с заболеванием мозга. Врачи сообщили матери: надежд на излечение нет. Та сразу отказалась от девочки, оставив ей только имя Анжелика.
О малышке стали заботиться больничные мамы и добровольцы – женщины в декретном отпуске. Ездили в дом ребенка, а главное – собирали деньги на лечение в Германии. Татьяна Щур говорила об Анжелике в минздраве области, связывалась с Российской клиникой в Москве, куда Анжелика могла быть отправлена для лечения. А добровольцы-мамы, ставшие для Анжелики родными, беспокоились о ней и безуспешно уговаривали женщину, родившую ее, забрать девочку домой...
А потом хоронили малышку, взяв на себя все расходы. Тяжело переживали уход Анжелики все, кто ее любил. Только женщина, что произвела ее на свет, посетовала, что много денег потрачено на цветы...
У добровольцев после Анжелики остались деньги, которые не успели потратить. Их решили отдать другим больничным сиротам.

Руслан
Первый раз шестилетнего Руслана привезли из Пласта в отделение офтальмологии областной больницы на операцию. Директор детского дома попросила «Женщин Евразии» выделить мальчику воспитателя: ведь малыш один в чужом городе! Общественная няня целыми днями находилась рядом. Читала, играла, называла котенком и героем. Потому что он, этот ребенок в толстенных очках, действительно героический мальчишка! Он прекрасно перенес операцию, провел в отделении положенный срок и уехал в детский дом. Через полгода «Женщинам Евразии» снова позвонили из Пласта: «Русланчик едет в больницу на реабилитацию. Возьмете под крыло?» Няня встретила его в областной больнице с подарками. Снова процедуры, лечение и… радостная новость! После больницы мальчик едет домой! Его вместе с сестрой забирает приемная семья. Для нашего героя наступает новая счастливая жизнь.

Маруся
На второй день работы няни Оли в областной детской клинической больнице поступила девочка с врожденным генетическим заболеванием. Мама от нее отказалась: в семье уже есть один ребенок-инвалид. Девочка осталась даже без имени. Это уже потом няня Оля стала называть ее Марусей. В отделении девочка находилась три месяца. Медики сомневались, что состояние ее здоровья улучшится. Самую большую победу отметили, когда Маруся научилась держать головку! А в декабре 2013 года девочка стала настоящей звездой: видео с ней показали на конкурсе «Гражданская инициатива».
 

Фото Вячеслава НИКУЛИНА

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»