Меню

Блицобзор

10.01.2014 09:38 2 (11714)
Ноу-хау осенне-зимнего телемыла.

Истерика не по Конан-Дойлю

С чего б начать? С «Шерлока Холмса», пожалуй. Ведь именно этот 16-серийный фильм нам подавали как сенсацию…

Холмс — Ватсон. Точнее — Уотсон: так произносят англичане, так называл его Игорь Петренко, исполнивший роль Шерлока Холмса…

Зрительская аудитория, посмотревшая этот фильм, разделилась на два лагеря: один — в восторге, другой плюется. Впрочем, в нашей Раше в любой теме так, будь то политика, театр, художественная литература, музыка, кино и, как ни странно, даже наука — везде война мнений.

Чем хороша или плоха нью-киноверсия, сделанная по мотивам Конана Дойла, и есть ли смысл сравнивать ее с фильмами Масленникова?..

Итак. Актерский ансамбль Петренко, Панин, Дапкунайте, Боярский — все мимо. Классные профессионалы, оказавшись на съемочной площадке по прихоти режиссера-постановщика в тесной связке, они превратились в персонажей крыловской басни «Квартет», где каждый «музыкант» ведет свою партию. Первое и самое бросающееся в глаза — это несоответствие кинопродукта духу великого беллетриста, духу пуританской Англии девятнадцатого века, ее чопорности, основательности, неспешности. Все герои очень истеричны: Уотсон даже позволяет себе бить Холмса (причем жестко и отнюдь не в шутовском боксерском спарринге на перчатках); у английского классика доктор смотрит на сыщика с нескрываемым восхищением, у режиссера — с ненавистью. Иногда Уотсон в исполнении Панина что-то невнятно по-коровьи мычит: не то от незнания текста, не то от воздействия на организм гашиша…

Холмс-Петренко отчего-то ходит полусогнувшись, каким-то закрученным винтом, демонстрируя одновременно люмбаго и радикулит, он всегда небрежно одет, всегда небрит и не чесан. Если б экран мог передавать запахи, видимо, мы бы смогли «насладиться» еще и запахом его нестиранного белья и подмышек.

Лестрейд-Боярский редко говорит человеческим голосом: он всегда взбешен, он всегда визжит то на подчиненных (однажды он построил их по ранжиру и стал по очереди нокаутировать ударом в челюсть), то на Уотсона, то на Холмса. Сценарист, очевидно, подсмотрел такой поворот в московском райотделе, где наш знаменитый Евсюков служил. Холмса начальник криминальной полиции Лондона даже задумывал убить, спасая честь мундира…

Уотсон-Панин не только доктор и писатель, сдающий регулярно в лондонские редакции свои новеллы о великом сыщике, он еще и каратист, в одной из серий с легкостью вырубающий полдюжины портовых грузчиков в кабаке, в другой — принимает участие в нелегальных боях без правил. Словно от скуки он достает миссис Хадсон своими любовными домогательствами и в конце концов затаскивает ее в постель… Полагаю, от такого режиссерского ноу-хау в гробу перевернулся не только сэр Артур Конан Дойл, но и Рина Зеленая, и Виталий Соломин.

Ну, в общем, фильм на «ура!», вполне даже в духе времени: все суетятся, кричат, совокупляются (Холмс — не исключение: ему посвящено тоже немало постельных сцен), воруют, убивают, лгут… Одним словом, делают все необходимое, чтобы обеспечить телеканалу высокий рейтинг.

Задымленная «Оттепель»

 
 
Едва завершился «Шерлок…», как Первый тут же запустил «Оттепель» Валерия Тодоровского. Всем хорош сериал, и Тодоровский, безусловно, мастер. Саундтрек (Константин Меладзе) просто гениален, он невероятно точно передает атмосферу тех лет; любая деталь фильма, будь то магнитофон «Комета», ламповый «ящик», прически, одежда, танцы, интерьеры — все безукоризненно работает на идею…

А вот название, считаю, неточное. Фильм бы следовало назвать «Курилка». Ну, или «Курят все!». Вот как-то так. Поскольку ни одна мизансцена там не обходилась без папирос или сигарет, делая дымовую завесу порой настолько плотной, что и лиц не разглядеть. Некурящих персонажей в этом фильме нет. Ну, может, новорожденный пупсик, которого произвели на свет шестидесятилетний герой Михаила Ефремова с его молодой женой. Да и то не факт, что, про-длись фильм еще на пару-тройку серий, Тодоровский и ему б папироску в рот не засунул. Это очень раздражает: смотреть на героиню, которая курит перед поцелуем, сразу после него, затем перед сексом, затем — сразу по завершении, затем — на кухне, затягиваясь после каждого произнесенного слова или глотка чая, затем — в ванной, принимая душ, затем — в грим-уборной, затем — в уборной без приставки «грим»…

Представляю кастинг. Молоденькая актриса, прежде чем хлопнуться в обморок, выкуривает на камеру двадцать семь сигарет подряд. Ее откачивают нашатырем и отпускают со словами: «Вам завтра позвонят». А на следующий день она снимает трубку телефона и слышит: «Вынуждены вас огорчить, но другая претендентка на роль выкурила на четыре сигареты больше».

…Любящая мама сидит рядом со своей дочкой в тесной кухне-клетушке и чадит на ребенка подобно паровозу. Мужики, бросив окурки под ноги, тут же закидывают в пересохшие рты новые беломорины… Маститый режиссер в «Оттепели» в исполнении Михаила Ефремова всем своим обликом может служить лучшим образчиком к антитабачному плакату: фиолетовый цвет лица, варикозные вены, характерный клубничный румянец… Смотрите, люди, вас это тоже ждет.

Это, конечно, личное дело Ефремова — курить по три пачки в день или по пять. Но какого черта я должен смотреть на это? И зачем это понадобилось Тодоровскому? Для художественной достоверности? Ну так это ложь. Поскольку у нас даже сегодня курят 40% населения страны, а не 100. В шестидесятые годы в СССР был настоящий культ физкультурника, а заатлантические транснациональные корпорации, насколько помню, еще не запустили свои табачные щупальца в тело России, и процент курящих был значительно ниже сорока. Это для справки.

Да и потом, знаете, это как-то примитивно — засовывать герою в рот сигарету, и тому можно ничего не делать в кадре, а просто сидеть, молча пыхтеть по три минуты кряду, жмуриться, строить зрителю глубокомысленные мины, изображая последовательно переживание, восторг, недоумение, печаль, страсть, разочарование…

Сейчас Первый канал ждет судебное разбирательство за нарушение антитабачного закона. И возможно, мы через какое-то время поймем, что это — или художественный, ну очень необходимый прием, или проплаченный табачным лобби рекламный ролик, который может обойтись Первому от 100 до 170 000 рублей за каждую выкуренную в кадре сигарету.

А снявшимся в «Оттепели» актерам, я бы как несостоявшийся пульмонолог, видевший легкие курильщика не по телевизору, хотел порекомендовать хоть с полгода походить в какую-либо здравницу на кислородные коктейли и дыхательную гимнастику…

Кого убить?

Что там у нас далее по списку? «Убить Сталина». Честно сказать, смотреть ЭТО не было никаких сил. Шкафообразный Пореченков, не вылезающий из качалок, бегающий за товарищем Сталиным с гранатометом «муха», как-то не смогли меня убедить в необходимости оценивать эти действа. Но «Убить Сталина» — конечно, чертовски креативно даже по названию. Полагаю, это будет трилогия. Далее в списке — «Убить Троцкого», за ним — «Убить Билла»… Ой, простите… Это, кажется, уже кто-то раньше снял, то ли Сергей Тарантино, то ли Квентин Эйзенштейн. Ну да ладно, я не киновед, там, где надо, и без меня разберутся, кого «мочить», так чтобы это было кассово и высокохудожественно одновременно…

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»