Меню

На вечную память...

10.04.2015 11:40 28 (11839)

Николай Агеевич Бех не спеша перебирает фотографии военного и послевоенного времени. С пожелтевших и слегка потрепавшихся от времени черно-белых снимков глядят молодые улыбающиеся лица солдат и офицеров, а на обратной стороне почти на каждой фотографии подпись: «На вечную память верному другу...». Кое-где слова едва различимы, но ценности от этого снимки не теряют, наоборот, становятся дороже сердцу, а в памяти всплывают когда-то забытые имена, ситуации, судьбы...
— Страшная была война, — вдруг, тяжело вздыхая, говорит Николай Агеевич, — сколько наших погибло...

 
 
 
 
...Воспоминания сами возвращают обратно в прошлое, и вроде целая жизнь за плечами, но, несмотря на свои 93 года, ветеран Великой Отечественной войны Николай Аге-евич Бех с точностью до деталей помнит каждое сражение, в котором пришлось участвовать. И как будто не было прошедших 70 лет со Дня Победы, и как будто бы снова сороковые, и вот они — однополчане, сослуживцы, живые, но готовые стоять насмерть за Родину.

— Родился и вырос я в Ростовской области, — начал свой рассказ ветеран, — в казачьей станице Новороговской. Там же окончил семь классов. После школы отправили на курсы педагога. Отучившись, вернулся в станицу, почти два года учил ребятишек начальных классов.

В марте 1941 года 20-летнего Николая Беха призвали в ряды вооруженной Красной армии Северо-Кавказского военного округа. Направили в Пятигорск, в который буквально на днях пришла танковая дивизия Т-26. Пополнение прибыло в Пятигорск с Дальнего Востока. Именно в этот полк и попал будущий солдат.
— Мы готовились к участию в параде 1 Мая, — вспоминает ветеран, — но даже и не предполагали, что скоро отправимся на войну. Там, где базировался наш полк, а было это на территории детского лагеря, у нас не было даже радио, а потому о начале войны мы узнали не сразу, слухи, конечно, ходили разные. Как-то командование направило меня в Пятигорск, приказали все разузнать, вернуться и доложить. Приезжаю в город, а там костры повсюду, танки. Спрашиваю у людей, что случилось, а мне отвечают: война. Как и положено, вернулся в расположение дивизии, доложил командирам.

Решение о направлении танковой дивизии на фронт было принято быстро — направили под Вязьму, на Брянский фронт; уже в первые дни войны Николай Бех в составе связной роты оказался на передовой. И это несмотря на то, что с военной техникой многие солдаты даже не были знакомы. В августе 1941 года 20-летнего Николая Беха и еще порядка 200 молодых солдат, не владеющих навыками управления танками, направили в учебный батальон в Сталинград.

— Там в течение двух месяцев нам приходилось каждый день ходить на завод, на котором выпускали танки Т-34, и вместе с рабочими их собирать, а по вечерам проводились военные занятия. А потом на этих же танках нас направили под Москву, в город Костерево. Здесь танковую бригаду на тот момент формировал полковник Павел Алексеевич Ротмистров. К нему в 8-ю танковую бригаду я и попал. Был пулеметчиком-радистом танка Т-34 в звании младшего сержанта.

Танковая бригада, в составе которой воевал Николай Агеевич, участвовала в обороне Москвы, освобождала города Калинин, Клин, другие населенные пункты.
— Здесь для нас бои начались неудачно, — вспоминает ветеран. — В первом же бою наш танк наехал на гусеничную мину. Пришлось под пулями ремонтировать танк — справились. А вот танк нашего командира роты лейтенанта Москвина, преследуя немцев, оказался в болотистой местности, мы попытались помочь. Хорошо помню, как командир роты что-то нам кричал, отдавал какой-то приказ, но в бою мы ничего не слышали. Вдруг одна из пуль попала лейтенанту Москвину в висок, он осел и захлопнул за собой люк танка. А я постоянно поддерживал связь с частью, и командир батальона по радиосвязи приказал оставить танк Москвина и возвращаться в расположение сборного пункта. Нам удалось забрать с собой только механика-водителя и радиста с того танка, а башенный стрелок был убит. На следующее утро мы вернулись, чтобы помочь нашим, но немцы обложили танк Москвина соломой, облили горючим и подожгли. Так погиб наш первый командир роты.

Не прошло и нескольких дней, танковому экипажу Николая Беха пришлось освобождать еще несколько деревушек недалеко от Москвы. Когда танкисты заезжали в одну из деревень, в танк нового командира роты попал снаряд, экипаж выпрыгнул из машины, правда, в нем остались оглушенный взрывом башенный стрелок Александр Кулаков и механик-водитель. Остальные танки остановились.

— Позже Кулаков рассказал, что когда очнулся, рядом увидел механика-водителя без головы: ее оторвало попавшим в танк снарядом, но ноги механика словно приросли к педалям, а потому танк проехал через всю деревню, распугав немцев, — добавил Николай Агеевич. — Кстати, после этого фашисты деревню оставили, а мы с сослуживцами смеялись, что Саня Кулаков у нас молодец — в одиночку деревню освободил.

После боев под Москвой 8-я танковая бригада была переименована в 3-ю гвардейскую тяжелую танковую бригаду, которая вошла в состав танкового корпуса, освобождавшего Сталинград. Бои, по воспоминаниям ветерана, который в то время уже был механиком-водителем, там были страшные. В какой-то момент солдаты стали падать духом, раненый командир танковой бригады полковник Иван Вовченко понял: надо срочно спасать положение — и приказал развернуть гвардейское знамя, за сохранность которого, кстати, отвечал экипаж Николая Беха. По приказу знамя было установлено на башню танка, и экипаж первым рванул в бой. А за ним и весь корпус.

— Контратаки фашисты никак не ожидали, — заметил Николай Агеевич. — Позиции мы тогда удержали, но потери были большими. Потом была Курская дуга, но под Прохоровкой нам воевать не довелось, наш экипаж перебросили под Харьков, потому была большая вероятность, что именно через этот город под Прохоровку пойдет большое фашистское подкрепление.
Украина, Белоруссия, Румыния... Николай Агеевич Бех прошел практически всю войну. А закончилась она для него в Саратове в танковом училище № 1, куда молодого бойца направили на учебу. Ветеран вспоминает: никогда не доводилось так радоваться, как в день, когда сообщили об окончании войны. Радость, перемешанная со слезами и болью, крики «ура!», салюты — на всех была одна радость, одна победа и одна боль.
 
 

Чуть позже уже подготовленного лейтенанта Николая Беха направили в Челябинск, здесь и встретил свою вторую половину — будущую супругу Любовь Ильиничну.
Уже в мирной жизни Николай Агеевич окончил Челябинский педагогический институт, был принят в обком партии, откуда его направили на службу в правоохранительные органы. 12 лет прослужил в центральном РОВД.

Но даже сегодня в свои 93 года Николай Агеевич в строю: с большой охотой откликается, когда приглашают в школы на уроки мужества. Говорит, мальчишки и девчонки с большим интересом слушают его рассказы про войну, задают много вопросов.
— Скоро 9 Мая — парад Победы, — вдруг замечает ветеран. — Обязательно пойду, если здоровье позволит. Все-таки такая памятная дата. Сколько же лет прошло, а мы все помним!

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»