Меню

Краеведение — квинтэссенция человеческого любопытства

19 Апреля 2016 - автор Надежда МЕДВЕДКИНА
Вячеслав Лютов: «Бывают ли неинтересные места, как испечь слоеный пирог из информации и что привлекает людей к «прогоняющему озеру»?
Краеведение — квинтэссенция человеческого любопытства
О применении любопытства в благих целях

Развитие туризма в Челябинской области давно не новость. Не секрет и то, что к делу успели подключиться ученые и краеведы. Как идет работа и что они могут предпринять для привлечения капризной братии туристов?
Внешняя сторона дела вполне ясна: рассматривается участие области в туристическом маршруте ЮНЕСКО по Южному Уралу, готовится выпуск книжной серии «Национальное достояние России» - цветных альбомов о достопримечательностях. Об этом краеведы уже отчитывались на научно-практической конференции в феврале, а отдельные вопросы будут обсуждать в этом месяце на выездном совещании.

Но давайте на время отодвинем отчетность и рассмотрим суть идеи. Может ли краеведение на самом деле помочь развитию туризма? Как заставить имена, легенды и научные факты создавать славу региону? Что произвело впечатление на самих участников этой работы? Взглянуть на тему изнутри нам поможет член литературной группы «Раритет», писатель-краевед Вячеслав Лютов.

- Скажите, Вячеслав Викторович, а так ли уж важно краеведение для развития туризма? Зачем непременно нужно знать о каждом месте «что и как»?
- В мире действительно есть места, которые интересны уже потому, что они существуют. В основном это природные объекты, скажем Ниагарский водопад. Зачем ему какое-то краеведческое сопровождение? Его просто нужно видеть. Но, с другой стороны, уже через несколько минут перед водопадом у человека возникает желание спросить что-нибудь вроде: «Ну как, и много народу здесь потонуло?» Досужее любопытство, ничего более. Однако оно обязательно возникает: нелюбопытных туристов не бывает в принципе. Наверное, каждый замечал за собой, что стоит посетить какое-то новое интересное место, как появляются самые разные вопросы: «Что здесь раньше было?», «А это откуда взялось?», «Правду ли говорят, что...?». Простые вопросы. Но их всегда будут задавать, и ответы «А мы не знаем», «Ой, надо спросить», «Я уточню» прозвучат по меньшей мере жалко. А все эти вопросы — в чистом виде краеведческие. Мне в связи с этим всегда вспоминается фраза: «Краеведение — квинтэссенция человеческого любопытства». Поэтому оно и может удовлетворить любознательность туристов. Вот и получается, что без краеведения, по большому счету, никуда. К тому же приходится признать, что таких «суперобъектов», которым не требуется информационное сопровождение, у нас нет.

- И как создать это сопровождение, информационный слой?
- В первую очередь необходимо внимательно поработать с деталями. Одного лозунга, заглавной идеи на целую область не хватит. К примеру, все говорят: Урал — край трех тысяч озер. Но для создания серьезного интереса этого мало. Если уж на то пошло, можно спросить: край трех тысяч озер или трех тысяч луж? И как доказать, что ирония неуместна? Нужно прорабатывать детали, создавать информационное наполнение по каждому, даже самому маленькому озерку.

- И как это делается?
- Знаете такое сравнение: информация — это слоеный пирог? Так и есть: она состоит из множества уровней, и каждый можно проработать. Например, научная информация: качество воды в озере, его размер, берега. На первый взгляд это может быть не очень интересно. Но возможны и потрясающие открытия. Когда мы работали по Карагайскому бору, то познакомились с озером Карагайкуль. И специалисты рассказали мне поразительную вещь: из Карагайкуля в зависимости от погодных условий вытекают две речки. Причем в разных направлениях: одна на север, в бассейн реки Тобол и Ледовитый океан, а другая на юг, в Каспийский бассейн. В мире нет больше ни одного подобного примера. С тех пор то озеро для меня — одно из чудес света!

- Впечатляет! Но ведь такое озеро — всего одно. А что делать с маленькими, непримечательными озерками?
- Можно привести в пример и такое неприметное место. Есть в Кунашакском районе озеро Шугуняк — небольшое, запущенное, заросшее... Даже его название значит «Прогоняющее озеро». Правда, там очень хорошие рыбалка и охота. Кто знает о Шугуняке? Почти никто. А между тем с этим озером связаны сразу две исторические личности. Во-первых, там была охотничья заимка маршала Жукова, когда он командовал Уральским военным округом. Георгий Константинович очень любил туда приезжать. Во-вторых, рядом с этим местом в годы Гражданской войны проходило большое сражение. И командующий войсками, маршал Чуйков, потом называл эти места «Сталинград моей юности». Согласитесь, это уже кое-какое информационное наполнение — исторический слой.

- А какие еще слои существуют?
- Для наших достопримечательностей очень важен этнографический: с большинством мест связаны какие-то мифы, легенды. Мне в этом смысле особенно нравится озеро Иткуль на севере области. О нем рассказывают и башкирские легенды, и легенды древних даиков. Говорят, когда-то его называли «Священным озером» - Ыйыккуль. Но для произношения это слово трудно. Постепенно его упростили, стали говорить «Иткуль». А «ит» по-башкирски значит «мясо». Так и стало Священное озеро — Мясным. Это название поясняют по-разному. Самый простой вариант — в озере много рыбы. Внес свою лепту Бажов: он писал, будто бы вода в озере красноватая. А есть еще и историческая легенда: рассказывают, что Демидов, когда ему не позволили построить на этих землях завод, приказал побросать в воду разрубленные туши свиней — отомстил башкирам. Посмотрите, сколько разной информации! И это только истории вокруг названия — вокруг одного слова! Я уже не говорю о Шайтан-камне посреди озера, который фигурирует на множестве дореволюционных открыток. В те времена к нему буквально паломничество было. А бытует еще легенда о гигантском змее Полозе — якобы его там видели... Такие истории придают колорит нашим достопримечательностям.

- Ведь это еще не весь «слоеный пирог»?
Сейчас появился еще один большой пласт важной информации — личное восприятие. Многие выкладывают в социальных сетях истории своих путешествий. Причем особенно часто — рассказы о поездках по местам, которые мало кому известны. И через эти истории, через эмоции посетителей территории становятся знаменитыми, к ним проявляют интерес все новые люди.
Так и создается «пирог информации». Если он сформируется, можно будет с гордостью сказать: да, Урал — край трех тысяч озер. Знаменитых, неповторимых, интересных озер! Конечно, нужны время, силы, человеческая активность. Но это как раз не проблема: книги пишутся, исследователи работают, выпускается очень много печатной продукции, от брошюр до энциклопедий. Разве что на каком-то этапе появляется необходимость структурировать информацию, как-то ее реорганизовать и сделать доступной для большинства.

- А заниматься исследованиями может каждый желающий?
- Конечно, всегда хочется, чтобы к нам присоединялись инициативные люди, то есть неравнодушные, те, кому не все равно. Важна и ответственность — в нашем случае это в первую очередь внимание к исторической достоверности. Нужно, чтобы собранные сведения не были просто байками. Достоверная информация включает и определенный процент мифов, однако важно также проверять факты, уточнять даты. Но в целом, как говорил Лихачев, краеведение — самая народная наука. Ею может заниматься каждый. Даже более того, один из самых важных моментов — добиться того, чтобы люди загорались интересом. Кто поедет осматривать место, которое неинтересно самим жителям?

- Но ведь есть, наверное, действительно неинтересные места?
- А может, в «неинтересном» просто пока не нашли изюминку? Могу поделиться примером. В том году мы выпустили в малой серии «Национального достояния России» книгу «Вглядываясь в Ленинский». Какое представление об этом районе существует сейчас? Самые мягкие характеристики - рабочая окраина, промышленный район. Что там может быть интересного? А между тем обнаружилось, что это необыкновенно богатый район со своими особенностями, с интересной историей.

Кстати, как рассказал глава района, сейчас с помощью этой книжки сформировали индустриальный маршрут для школьных экскурсий. Оказалось, в Ленинском есть очень много точек, которые для детей любопытны: им показывают, как разливают газировку на «Ниагаре», как делают таблетки от простуды... Интересно? Детям — очень! Так что главное — научиться обращать внимание на интересные моменты.
Возьмем еще пример. Угадайте, сколько мостов в маленьком городке Кыштыме? 26! Причем среди них есть старые, построенные давно. Есть мостики через совсем небольшие речушки. Стоит, кстати, подсчитать — не выйдет ли, что в перерасчете на число жителей в Кыштыме мостов больше, чем в Санкт-Петербурге? Получается город во вполне венецианском стиле, только, разве что, не такой глубокий. А ведь у нас хватает и объектов, по которым не нужно ничего раскапывать — все уже есть.

- Что, например, может привлечь туристов за счет легенд? Кроме Аркаима, конечно...
- Вообще, любое место, которое не похоже на другие, быстро приобретает сакральный характер, обрастает легендами. Так что перечислять можно долго. Возьмем озеро Тургояк: сколько информации сформировано вокруг мегалитов на острове Веры, сколько появилось историй — а ведь это совсем недавнее открытие. Целый шлейф легенд тянется за мавзолеем Кесене (башня Тамерлана) в Варненском районе — это строение приблизительно XIV века, роскошная гробница восточной девушки, о которой мы уже никогда достоверно не узнаем, кто она была. Или тот же Иткуль с его Шайтан-камнем...

- Эти объекты хотелось бы соединить общим маршрутом? Или не стоит?
- Наша область неоднородна, так что придумать «Золотое кольцо» - какой-то идеальный общий маршрут — до сих пор не удалось, а быть может, и никогда не получится. Южные районы архетипически чувствуют себя в другом измерении, быть может в Оренбургском. Горно-заводские территории совсем другие по укладу. Очень трудно все это сплести в один маршрут — трудно и, наверное, не стоит. Так что туристический маршрут по области — вопрос не единства восприятия, а удобства, наличия инфраструктуры. И даже когда турист движется по нескольким однородным пунктам — скажем, выехал на недельку в горнозаводскую зону — в каждом городе нужно показать ему максимум. Таково естественное желание каждого — получить от поездки как можно больше. Значит, очень многое зависит от краеведов на местах, проводников, инструкторов. Они определяют, будет ли гость с восторгом описывать свое путешествие.

- Какая работа запланирована на ближайшее время? Что-нибудь изменилось со времени конференции?
- Вообще, говорить об этом еще рано: месяц после конференции не срок. Сейчас идет полевая работа. На 27 апреля назначена выездная конференция в Кыштыме, где мы обсудим темы для альбомов. Можно сказать, переходим к практической части. Надо, надо действовать на местах, прорабатывать детали. К счастью, подгонять людей не приходится: они и так горят.


Фото Наиля ФАТТАХОВА.

Поделиться

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»