Меню

О каком Челябинске мечтал Головницкий

07.09.2018 13:27 - автор Александр Патритеев
Почетный гражданин Челябинска Кирилл Шишов рассказывает о нереализованных эскизах советского гения Льва Головницкого, об античном и мистическом в нашем городе
О каком Челябинске мечтал Головницкий
К 282-летию в Челябинске прибавится почетных граждан. Среди них – известный уральский писатель, краевед, заслуженный работник культуры РФ Кирилл Шишов. А еще это один из наиболее плодовитых авторов «Вечерки», о чем свидетельствует, например, пятый том собрания его сочинений, включивший публицистику. Поздравляя Кирилла Алексеевича с этим званием, мы рассудили: с кем, если не с почетным гражданином, говорить о челябинской идентичности? Кто, если не почетный гражданин, может знать такие факты – или все-таки городские легенды? – из истории родного города, о которых большинство и не догадывается?

kirill-shishov.jpg

По словам Кирилла Шишова, сегодня в центре Челябинска есть пять памятников, которые складываются для него в единый рассказ: Столыпин, глядящий в затылок Прокофьеву, который смотрит в сторону Глинки, стоящего спиной к Ленину, который указывает на основателей города. Безусловно, последняя точка в этой цепочке заслуживает отдельного разговора. А между тем некогда в южноуральской столице уже был памятник основателю, вернее, первостроителю, и стоял он… Но обо всем по порядку.

Горельефы на набережной

- В советское время, а именно в 70-е годы, я принимал участие в консультации относительно памятника первостроителю, - рассказывает краевед. – Впрочем, если у Магнитки он был, то у нас в Челябинске с этим не все так однозначно. Во всяком случае, обком партии тогда санкционировал фигуру крестьянина, который стоит на только что срубленной крепостной стене и тревожно смотрит в степь.

8282_23.jpg

- Кирилл Алексеевич, кто был автором скульптуры?

- Лев Николаевич Головницкий. Мы неоднократно наблюдали, как он ваял этого крестьянина, как размышлял над его атрибутами, например, в сапоги тот был обут или в онучи. В скульптуре обычно сначала делается гипсовка в натуральную величину, и ее можно поставить ненадолго, но дальше нужно срочно делать модель из металла. Ожидая этого, Головницкий уехал. А пока поставили этот гипсовый монумент там, где сегодня находится памятник Прокофьеву. Но в городе испугались. Дело в том, что Лев Николаевич был художник огромного масштаба, и он хотел поднять Челябинск на высочайший уровень – сделать горельефы на набережной реки Миасс. По его замыслу, первостроитель должен был стать лишь частью грандиозной композиции, которая прославляла бы наш город как столицу Урала. У Головницкого были разработки, в том числе изображавшие и пугачевскую эпоху, и башкир, сражавшихся против Наполеона, и битву под Челябинском в годы Гражданской войны.

- Правильно ли я понимаю, что это было бы сродни горельефам храма Христа Спасителя в Москве?

- Те горельефы, созданные в XIX веке, были, к счастью, сохранены, все-таки эксперты их отстояли, прежде чем храм был взорван. Повторюсь, в Челябинске испугались такого глобального проекта. Большие затраты. Говорили, что Головницкий зазнался. А тот разозлился и подал заявку на действительного члена Академии художеств. Тогда ему, автору памятника в Магнитогорске, памятника добровольцам в Челябинске, памятника «Орленок», дали огромную территорию, где нужно было увековечить историю декабристов, - его послали в Красноярск. Там он прожил недолго. Мне посчастливилось видеть его красноярские наброски, изображавшие бесчисленное множество людей, идущих через тернии. К сожалению, вскоре Лев Николаевич умер. Произошло это в Свердловске. Что удивительно, его жена Энрика привезла его пепел сюда – похоронен Головницкий в Челябинске.

«Скорбящие матери»

- Что же стало с гипсовым памятником первостроителю?

+17 04 034=Н.JPG

- Года через два фигура начала рассыпаться, и ее убрали. Само место еще несколько лет стояло пустым. Но благодаря челябинским краеведам (не знаю, кто подсказал, возможно, Владимир Боже нашел дату) выяснилось, что в 1928 году композитор Прокофьев давал концерт на Челябстрое. Всего три дня он был здесь. Но это великий композитор! Поглядели по сторонам – нигде ничего подобного нет. Быстро поставили памятник, и вот уже появилась филармония имени Сергея Сергеевича Прокофьева. А еще оказалось, что нигде нет оперного театра имени Глинки, кроме как у нас. И установка памятника Михаилу Ивановичу восходит именно к этому событию. Замечу, что в обоих случаях авторство принадлежит Вардкесу Авакяну.

- Кирилл Алексеевич, я под впечатлением от того, что планировал Головницкий сделать с набережной Челябинска. У него наверняка были чертежи, эскизы. Где все это теперь?

- Во-первых, нужно обратиться в Союз художников. Во-вторых, узнать, где сейчас супруга Головницкого, его наследница. Кстати, они совместно сделали, на мой взгляд, самую гениальную работу. По крайней мере, равных ей я не видел нигде. Это памятник «Скорбящие матери» на Лесном кладбище. Лаконичный, мудрый, достойный монумент. Когда Лев Николаевич работал один, фигуры получались всегда темпераментные, всегда на взлете. Посмотрите на призывающего танкиста на Кировке!

Один – белый, другой - красный

- И все-таки разбередили вы душу мечтой Головницкого о челябинских горельефах. Если бы она тогда исполнилась, что бы это дало городу?

- Больше самоуважения. Лев Головницкий придумал галерею истории нашего города. Я видел почти законченные эскизы. А один из моих друзей – Александр Золотов, к сожалению, ушедший из жизни в прошлом году, располагал многими другими набросками. Вот на площади Павших стоит камень, поставленный несколько десятилетий назад и с тех пор все обещающий, что здесь будет памятник. Спустя столько лет, похоже, никто уже не знает, как подойти к этой теме. Александр Афанасьевич рассказывал, что у Головницкого было решение этой темы, и даже показывал набросок: женщина, по обе стороны от нее – двое сыновей, один – белый, другой – красный, и она стоит перед столом, на котором только краюха хлеба. Причем Золотов узнал, где хранится гипсовка этой работы. В Кургане, в местном музее изобразительных искусств.

Столып.jpg

Вообще, у нас хорошие памятники, но зачастую они противоречивые. В том числе и новейший памятник Петру Столыпину перед залом «Родина». У меня есть поэма о нем, и я предлагал: «Давайте, открывая монумент, прочитаем…» В ответ: «Ой, Кирилл, не надо…»

«Переселенка»

- Надо, Кирилл Алексеевич, надо… Приоткройте завесу тайны

- А завеса тайны заключается в том, что Петр Аркадьевич сегодня болезненная и вместе с тем нужная тема для нашего города как для центра Евразийского пространства. И если говорить об этом, то именно со страниц «Вечернего Челябинска» - газеты, которая многие годы повышала статус города. В советское время «Вечерка» была для нас глотком свежего воздуха, особенно при Михаиле Аношкине. Первый редактор, писатель, фронтовик, он с огромным риском публиковал каждую острую статью…

Но вернемся к Столыпину. Я родился недалеко от железнодорожного вокзала, учился в железнодорожной школе, но никогда ничего не говорилось о находившемся рядом переселенческом пункте. Изредка мелькало: «Переселенка», «Переселенка». И только на втором-третьем курсе института, когда мы занялись изучением церквей (хотя меня всегда тянуло в промышленную архитектуру), я вдруг понял: в этом районе есть интереснейшие здания, чего стоит одно танковое училище! В архиве обнаружил, что там располагались казармы царского полка, что здание, естественно, построено до революции. Все было предусмотрено и продумано для десятков и сотен тысяч переселенцев. Ветка железной дороги специально проложена так, чтобы ставить вагоны, размещать охрану. В переселенческом пункте проводили дезинфекцию, информировали, куда можно поехать, какие подъемные дают, где какая земля. Челябинский пункт считался лучшим на всей территории России. И все это согласно плану Столыпина. Он предложил путь для снятия социальной напряженности в стране, но в условиях мирного времени. Мы прекрасно знаем, чем это кончилось.

- А какова судьба «Переселенки»?

- Это же были деревянные бараки, построенные по типовому проекту. В послевоенные годы, после Великой Отечественной войны, когда я учился в школе, на том месте стояла действующая церковь. Ее снесли в разгар антирелигиозной кампании, начатой Хрущевым. И точно так же стали сносить ветхие дома. Остались два каменных здания. Одно из них отреставрировано, его сегодня занимает управление лифтового хозяйства.

Таким образом, если говорить об анфиладе наших памятников, Челябинск пережил огромное их количество. Когда я писал книгу о Советском районе, то ориентировал читателей на памятник, созданный пусть самодеятельным скульптором, но большим мастером. Это Сергей Савочкин. Если не ошибаюсь, его и приняли в Союз художников уже в пожилом возрасте именно за этот памятник – «На новый путь».

Стрелочник.jpg

Он сродни античным монументам. Хотя там кепка и сапоги, зато какой атлетический торс! Какая динамика!
Если продолжать тему античности в челябинской архитектуре, Вардкес Авакян завершил здание ЮУрГУ вообще мистическим ансамблем – летящими фигурами Прометея и богини Ники. Да, это уже переход в античность. Но кто не знает античности, тот ничего не понимает в истории человечества. Поэтому мы должны быть благодарны, что у нас памятники не всегда, скажем так, понятные, но имеют глубокую историю и заслуживают уважения.

Фото из архива газеты "Вечерний Челябинск", pikuleva.ru, 

 

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»