Меню

Цветок от уральского поэта

19 Сентября 2016 - автор Надежда МЕДВЕДКИНА
Анатолий Кухтурский : Записать легенду в полном варианте сейчас уже практически нереально

Цветок от уральского поэта
Небольшая книга носит грустное название «Горе-цвет». Под обложкой – 35 стихотворных легенд. Здесь можно прочесть и казахскую повесть о коварной Жез-тырнак – женщине с медными когтями, и уральское предание о чуди белоглазой, и историю о каслинском литье... Все их собрал, услышал, прочел и записал стихами наш земляк Анатолий Кухтурский. Мы попросили автора побольше рассказать о необычном сборнике.

– Анатолий Григорьевич, а с чего все начиналось? Как появилась эта книга?
– Начиналось, пожалуй, с походов. По профессии я учитель, географ. Каждый год отправлялся с ребятней в походы по Челябинской области, по Башкирии. Так постепенно стали накапливаться разные истории... Да и в селе Чудиново Октябрьского района, где я живу, есть свои предания. Например, легенду, которая в книге называется «Кольчужный звон», я записал у нас: старики рассказывали, что перед войной слышали колокольный звон от озера Кольчужного. А «Легенда о святом кресте» рассказывает, как было основано наше село.
Сначала я просто обобщал краеведческий материал (у меня издано несколько книг по краеведению), а о поэзии даже не думал. Ведь стихов я не писал со школы, то есть к тому времени лет двадцать... Но однажды мне в руки попали легенды в стихах Нины Кондратковской. Они меня поразили! И конечно, тоже захотелось попробовать...

– Наверное, вы начали с какой-нибудь особенной истории...
– Первая из моих стихотворных легенд – «О сладкой воде». В наших местах есть озеро под названием Сладкое. Название объясняют по-разному. Самая популярная версия гласит, что вода в нем сладковатая. Но есть и другая очень интересная история, которую я услышал, когда бывал в тех краях. Будто бы у этого озера отдыхал, пил воду и купался Пугачев со своим войском. Причем от «сладкой воды» их раны волшебным образом затянулись. На самом деле Пугачев у нас никогда не был. Но молва народная привела его к озеру Сладкому.

– Значит, вы стали переписывать стихами легенды, которые слышали в разных местах?
– На самом деле не совсем так. По-настоящему, от начала до конца, я услышал за это время всего два или три предания. Записать легенду в полном варианте сейчас уже практически нереально. Во-первых, почти не осталось людей, которые их знают. Ведь вы понимаете – как правило, это старики. Молодежь практически не интересуется старинными преданиями. Во-вторых, все, что сохранилось, уже давно собрали и пересобрали. Так что по большей части мне приходилось воссоздавать легенды из обрывков: названий, каких-то небольших рассказов, неполных сведений, которые могут вспомнить местные жители.

– Значит, иногда приходилось додумывать историю, создавать свою легенду?
– Да, есть и такие стихотворения. Например, «Мордовник – синяя трава». Понимаете, откуда взялось название мордовника? Когда русские впервые столкнулись с мордвой, этот народ показался им непонятным: живут в лесах, говорят на чужом языке... А непонятное всегда пугает. Мордовник тоже растение довольно неприятное и непонятное: жесткое, сухое, колючее. И листья у него не зеленые, а синие... Вот и стали говорить, что эту траву принесло к нам из диких мордовских лесов. Но историю про злого великана я придумал сам. Думаю, в этом нет ничего страшного: многие авторы создавали свои варианты легенд. В конце книги есть примечания – там я объясняю, на каком материале написано то или иное стихотворение.

– Я вижу, в вашей книге легенды разных народностей: киргизские, башкирские, казачьи, русские...
– Такое уж место наш Октябрьский район. Здесь живут и казахи, и башкиры, и казаки, и много переселенцев из центральных районов России, с Украины. После отмены крепостного права к нам перебрались многие заводчане. Мои предки тоже не исключение: маму в семь лет привезли с Украины, а отец из рода заводских переселенцев. Неудивительно, что можно услышать самые разные предания.

Я, грешным делом, больше тяготею к тюркским фольклору и эпосу. Ведь коренным населением этих мест были тюрки – казахи, башкиры. Они веками складывали об этих местах легенды, которые отражены в названиях озер, урочищ. Русские живут здесь всего пару сотен лет, и наш вклад в местный фольклор гораздо меньше.

– Расскажите о какой-нибудь тюркской легенде, которая вошла в книгу.
– Хороший пример – «Каргатуй – грачиный праздник». По-башкирски «карга» – грач, «туй» – праздник. Вы наверняка слышали другие похожие названия: Сабантуй, рататуй... В одной из деревень неподалеку от нас каждый год празднуют Каргатуй: варят кашу, раздают угощение грачам... Откуда пошло это торжество?
Есть легенда, что в старину из одного селения ушли все мужчины – погнали на дальние пастбища скот. Остались только женщины и дети. На беззащитное селение напали жестокие враги. Женщины с детьми попрятались в овраг, но их плач малышей. Тогда детей подняли в грачиные гнезда, чтобы крики птиц заглушили голоса – и все в селении спаслись. Это легенда. Но что такое легенда? Туманное воспоминание о каких-то давних событиях. Оно изменено, полно преувеличений и выглядит нереальным. Но все же это отзвук чего-то настоящего.

– Почему у книги такое печальное название – «Горе-цвет»?
– Так называется одна легенда – точнее, народная быль. Она рассказывает о женщине, муж которой не вернулся с русско-турецкой войны. Но героиня не поверила, что милый погиб, отправилась за ним и нашла его. Он все-таки не прожил долго, а когда умер, на могиле вырос горе-цвет. Пожалуй, можно сказать, что мне эта история особенно дорога. Ну а в целом – радостных легенд практически не бывает. Чаще всего они имеют трагический финал. Поэтому «Горе-цвет» подходящее название для книги легенд.

– В книге всего 35 легенд – неужели это все, что удалось услышать в наших местах?
– Нет, конечно, нет. У меня есть и другие стихотворные предания. Сейчас готово около пятнадцати. Наверное, когда их станет больше, можно будет задуматься о новом издании.

Поделиться

 

 



Разместить рекламу и объявление в газете «Вечерний Челябинск»